Меня снова охватывает волна отчаяния, почему он меня так ненавидит? Что я ему сделала плохого? Если бы я только знала, но я не понимаю. От этого мне еще обиднее.
– Сейчас я её согрею, – смеется и достает свой член, начинает мочиться мне на грудь, а затем на лицо.
Врач сказал, что ни в коем случае, нельзя мочить швы и раны на груди, когда помощник Сергея помогает мне мыться, он бережно обходит эти места, а Сергей, словно специально метит сейчас, прямо туда.
Мне уже не противно и не больно, я много раз уже испытывала нечто и похуже.
Сергей завершает свое мероприятие и приказывает помощнику, сделать тоже самое. Тот вежливо пытается отказаться, но Сергей настаивает. Помощник смотрит на меня с сожалением и сочувствием, а затем, выполняет приказ. Мне кажется, что это единственный человек в этом доме, у которого есть душа и который действительно, что-то может чувствовать.
Но он не поможет мне, он такой же пленник, как и меня.
Если бы он был ещё немножко умнее, то добился бы гораздо большего. Например, я вижу, что на свою похоть, он тратит чуть менее половины рабочего дня, а это очень много.
Но, к счастью этого мира, этот человек слишком озабочен получением удовольствия, поэтому, вред человечеству от него, минимальный.
Помощник целиться мне в плечо, чтобы не задеваешь моё лицо не раны. Я ему благодарна за это. Я представляю, как это смотрится со стороны. Он наверное, в шоке от того, что они со мной делают. А он здесь еще, сравнительно, недавно, и по нему видно, что его душа еще не очерствела.
Сергей приказывает ему вымыть меня и уходит. И хорошо, что он не решает меня снова насиловать в рот. После последнего минета, моему горлу требуется выходной.
– Спасибо тебе, – пытаюсь сказать помощнику, но у меня выходит какой-то странный хрип. Перехожу на шепот. Горло настолько сильно болит, что мне сложно глотать слюни. Язык слегка опух. Но я могу разговаривать и это радует.
Хорошо, что Сергей сделал мне укол, наверное, сейчас бы одурела от адской боли, особенно, после его насадки.
– Прости меня, я ничем не могу тебе помочь, у них моя сестра, я вынужден находиться здесь, чтобы они не убили её и не причиняли вреда.