Затем рухнули ещё раз — и всё обернулось полнейшей катастрофой. Когда Лестер получил записку от Клэр о том, что её собираются увезти из Квиткоста для свадебной церемонии раньше срока, сразу бросился к ней. Но не застал. Чопорный дворецкий доложил ему, что господа только что выехали. А куда — этого он не знал.
Кто мог рассказать Армэлю о том, что врач не настоящий? Или он оказался не бестолочью, которую более влиятельные приятели лишь дёргают за ниточки, как марионетку, и догадался сам?
Нет, вряд ли. Скорей всего, возможная госпитализация Клэр очень сильно кому-то мешала.
— Ну, кто же знал, что он окажется настолько большим параноиком, — нарочито спокойно проговорил Имон и переглянулся с братом. Тот солидарно промолчал.
На самом деле Адларды просто пытались скрыть свою растерянность: они тоже не знали, что ещё можно предпринять в такой, казалось бы, безвыходной ситуации.
Поначалу Лестер пытался.
— Мне нужны самые лучшие юристы. Я не оставлю Клэр замужем за ним.
Лестер присмотрелся к порядку на рабочем столе и подавил желание немедленно что-нибудь разрушить.
— Хочешь оспорить брак? Думаешь, это возможно? — усомнился Имон.
— Я не знаю, возможно ли это. Но попытаюсь отыскать хоть какие-то зацепки. В конце концов, Клэр носит мою метку.
Адларды, одновременно отпивая чай из своих чашек, так же одновременно поперхнулись.
— Вряд ли это станет положительным аргументом в пользу развода, — покачал головой Ханк. — Скорее выступит против тебя. Ставить метку без церемонии бракосочетания — общество это не примет.
— Зато она, возможно, отпугнёт Брорнареда, — рассмеялся Имон. — Кому понравится, когда на теле твоей жены знак принадлежности другому мужчине? А признаться в этом — просто позор.
— Кстати, да! — согласился его брат. — Пусть оправдать её юристы не смогут, но сейчас ты хотя бы знаешь, что Армэль пока что не прикасался к твоей девушке. А как только нагрянет и начнёт крушить всё вокруг — можешь начинать волноваться.
— Спасибо… Утешили, — проворчал Лестер.
Но он и сам успел об этом подумать.