Ехать и правда пришлось несколько часов. Но, увлечённые рассказами Ханка, мы даже не заметили, как добрались. Кучер лишь спросил, куда ехать дальше — и экипаж покатил по узким мощёным улицам городка до того дома, где и обосновалась Сарика.
— Вот тут, — пояснил Ханк, выбираясь из экипажа. — Рой сказал, что за ней приглядывают констебли из местной полиции — им всё равно нечем заняться. Она совсем притихла. Боится, что те, с кем она связалась, решат вновь взять её под колпак. Но пока никто не пытался на неё выйти.
Он подал руку сначала мне, а затем Роне. Зазевавшись, камеристка споткнулась о собсивенный подол. Тихо ахнув, она рухнула прямо на огрита.
— Простите! — залепетала, отлепляясь от его мощной груди. — Простите, мистер Адлард.
Её лицо мгновенно залилось краской. Но Ханк, кажется, не торопился отстраняться, а его взгляд приобрёл снисходительно-ехидное выражение.
— Ничего страшного.
Страдальчески вздыхая, камеристка подбежала ко мне. Её руки подрагивали — неужели так разволновалась? Впрочем, рядом с таким солидным мужчиной любую девицу оторопь возьмёт.
Я дёрнула шнурок дверного колокольчика — и внутри раздался короткий мелодичный звон.
— Может, её нет дома? — осторожно предположила Рона. — Ведь мы не предупреждали, что приедем.
— Она почти никуда не ходит, — возразил Ханк. — И тем более никуда не выезжает…
Едва он смолк, замок щёлкнул, и Сарика выглянула в приоткрытую дверь.
— Мисс Рейнфрид? — она удивлённо оглядела меня. — Как вы тут оказались?
— Немного хитрости и упорства — и мне удалось вас отыскать, — я улыбнулась.
— Да! Да, конечно, проходите! — Сарика улыбнулась Ханку, который шёл следом за нами. — Мистер Адлард. Рада вас видеть!
— Я тоже… весьма.
Огрит бочком протиснулся в дверь. Квартира, которую занимала Сарика, оказалась чуть больше той, что в Кальне. Зато была обставлена проще. Ни одна вещь не напоминала о прошлой жизни и танцах. Всё сдержанно и аккуратно.
Сарика быстро приготовила чай, то и дело вопросительно на меня поглядывая. Для разговора пришлось увести её в соседнюю комнату — а Рона и Ханк пусть займут себя беседой. Конечно, если камеристке удастся справиться со смущением.
— Так зачем вы приехали? — как только мы остались наедине, тон Сарики похолодел. — Я старалась если и не спрятаться, то хотя бы уйти в тень. И пока мне удавалось жить спокойно.