Наш эксперт пришел к выводу, что здоровье Богатиковой-младшей уже было сильно подорвано, а уход матери буквально доконал ее. Скажи, почему ты решила, что Лена – одна из жертв Морозова?
– Разве не ясно? – удивилась я. – Она светленькая, с голубыми глазами, молодая. Тот типаж, что у несчастных, которых убивала Федорова.
– Но у нее не было родинки, – напомнил полковник.
– Про это я не подумала, – призналась я. – А что теперь будет с домом милосердия? Привлекут ли к ответственности Егора Фомича, Зинаиду Борисовну и других людей, которые сделали из инвалидов подопытных кроликов?
– На твои вопросы ответов пока нет, – поморщился Дегтярев.
"Я вышла из кабинета приятеля и всю дорогу, пока катила в Ложкино, старалась думать исключительно о хозяйственных делах. В последнее время у нас куда-то пропадают разные вещи. Анфиса сказала, что из кладовки исчезли упаковки зубной пасты, рулоны бумажных полотенец…
Припарковав машину под навесом, я направилась в сторону дома и вдруг услышала радостный детский смех.
– Мафи! – закричала я. – Стой!
Пагль осел на задние лапы, а затем помчался в дом. Я кинулась за ним. Несмотря на довольно тяжелую ношу, Мафи оказалась быстрее: когда, запыхавшись, я влетела в дом, собака уже исчезла в коридоре.
– Мафи! Мафи! – надрывалась я.
– Нашла! Нашла! – завопила в ответ Анфиса.
– Немедленно отними у нее Макса! – обрадовалась я. – Отнесу его Ане. Неразумная мать опять оставила сынишку одного на террасе, а наша Мафи его приватизировать решила. Похоже, она любит детей.
– Какого такого Макса? – удивилась Фиса, выходя из кухни. – Я обнаружила, куда вещи подевались. Пошли, покажу.