Кто-то незримый словно включил внутри командора яркую лампочку, и она сейчас подсвечивала теплым светом каждую черточку его сурового лица.
— Пойдем, — немного хрипловато произнес мужчина. Не посчитав нужным даже попрощаться со своим родственником, он куда-то быстро потащил меня за собой.
Оглянувшись через плечо, я заметила, что Айл остался стоять на месте, ошеломленно глядя нам вслед. У меня было такое чувство, что на моих глазах буквально секунду назад произошло что-то очень важное, а я его почему-то не заметила.
— Слушай, Торн, что происходит? — дернула Райдэка, опять оглянувшись на Айла. — Почему он на нас так смотрит? Я что-то не так сказала?
Командор остановился так же резко, как и сорвался с места. Повернувшись ко мне, он вдруг обхватил ладонями мое лицо и, наклонившись, с улыбкой в голосе шепнул в мои губы:
— Все так. Спасибо, Агни…
Поцелуй Торна как гром в ясный день обрушился на меня ливнем обезоруживающих чувств. Память нахлынула прибоем, всколыхнув в моей душе забытую нежность и острую горечь потери.
"Мои руки жили своей, не подчиняющейся голосу разума жизнью, обнимая целующего меня мужчину и впитывая кожей его тепло и силу. И почему-то было не важно, что мы стоим под прицелом чужих взглядов; что он и я — как две галактики на разных концах Вселенной и между нами пропасть в тысячу парсек и векового менталитета целой цивилизации.
Мне не хотелось, чтобы Торн останавливался. И попроси он меня в этот момент о чем-то большем… Лакс, я бы ему не отказала. Можете считать меня дурой. Видимо, рядом с этим мужчиной я действительно глупела, ведь несмотря на понимание того, что между нами ничего быть не может, я была уверена — родись он самым обычным человеком, я сказала бы своему деду спасибо за тот дурацкий пункт завещания, благодаря которому я встретила Райдэка.
Командор отстранился и, все еще удерживая меня в своих объятиях, уткнулся губами куда-то в район моего лба. Так и стоял — молчал и тяжело дышал, опаляя жаром дыхания мою кожу.