На G45, где эхриктусы сожрали всю мою десятку; в бандитских перестрелках, откуда много раз вытаскивала своих клиентов; могла умереть при разгерметизации, когда наш корабль попадал под метеоритный дождь, а могла поскользнуться на ровном месте и свернуть себе шею. От судьбы не убежишь. Поэтому я предпочитаю ожидать ее вердикта, наслаждаясь жизнью с улыбкой на губах, а не трястись от страха, закутавшись в одеяло и закрывшись в шкафу. И тебе не советую меня туда засовывать.
Торн невесело усмехнулся и, переваривая все сказанное мною, задумчиво уставился себе под ноги.
— Я пытаюсь, — наконец произнес он, как-то криво поморщившись, словно признаваться в этом ему было очень некомфортно. — Разве не видно?
Я посмотрела на флайкап, потом на Торна — и не смогла не улыбнуться:
— Видно. Ну так что, штурман, проверим тебя на профпригодность?
О, вот теперь на меня смотрел прежний командор — надменная задница, во всем снисходительном виде которой просто читалось: ""Детка, да ты пешком под стол ходила, когда я летал на пилотниках посерьезнее этого"".
— Садись в кабину, — невозмутимо выдал Торн. — И систему не забудь на себя надеть. Проверяльщица… — насмешливо добавила эта проктэррианская ехидина."
"— Слушай, — усаживаясь на место пилота, я застегнула на себе защитный комплект и опустила стекло шлема, — а что у вас на Проктэрре делают старушки-флайкапы? Или… — неожиданная догадка укусила, словно муха, и воздух из мой груди вырвался, как из сопла реактивная струя.
— Или, — включая навигационные приборы, гаденько осклабился Райдэк.
— А есть на вооружении КОГ хоть какие-нибудь корабли, которые были бы созданы не на Проктэрре? — кисло скривилась я.
— Есть, конечно, и очень много, — Райдэк защелкнул карабин защиты и повернулся ко мне, — но действительно стоящими из всего их многообразия я считаю только стрэйнджеры.
Сердце предательски дало сбой, и я мгновенно убрала со штурвала руки, опасаясь, что они начнут дрожать и Райдэк это заметит.
— Почему стрэйнджеры? — бесцветно поинтересовалась я.
— Странно, что ты об этом спрашиваешь, будучи капитаном одного из них, — удивился Торн. — Эти челноки обогнали корабли их класса на несколько десятилетий. Кем бы ни был конструктор, создавший их — он был гением. И это его принцип заложен в основе наших двигателей.
Даже не знаю, чтобы на это сказал дед.