– А кто вчера сдавал офис на охрану?
– Я, – от дверного косяка отделился Бревнов. – Это около трех часов ночи было. Я проверил, света нигде не было, поэтому я дверь запер и ключ на вахту сдал. А в приемную и тем более в кабинет Станислава Николаевича я не заходил, естественно. Мне зачем?
– Сейчас мы выясним, кто, куда и зачем заходил, – раздался спокойный голос. В приемную вошел капитан Иван Бунин.
Примерно через сорок минут суматоха схлынула. «Как вода во время отлива, – отстраненно думала Наталья, стоя у окна в своем кабинете.
С Натальей Бунин поговорил с самой первой. Осмотрев место происшествия и раздав четкие указания опергруппе, он жестом позвал ее следовать за ним. Она в легкой панике подумала, что не успела обсудить с Развольским, что можно говорить о его взаимоотношениях с несчастной Верочкой, а что не стоит. Мельком взглянув на любимое бледное лицо, она благоразумно решила сказать правду.
Нерожденного малыша Наталье вдруг стало жаль даже больше, чем Верочку. Убийца отнял у него шанс на жизнь, и Наталья даже передернула плечами, представив, как бился зародыш, внезапно лишенный кислорода.
«Верочка билась так же, – вдруг отчетливо поняла она.
В общем, капитану Бунину она рассказала все как есть. И про вчерашний разговор с Верочкой, и о признании, что она ждет ребенка от Развольского, и о том, что она, Наталья, за руку привела Верочку в кабинет с розами на полу, где оставила с Развольским один на один.
Когда разговор уже подходил к концу, у Натальи зазвонил мобильник.