Стол со стулом, шкаф, печка по центру, еще дверь — видимо, там душ и уборная. А перед самым окном стояло кресло с выдвигающейся нижней частью, чтобы можно было вытянуть ноги.
Лишнего ничего нет, сразу видно, что это место обитания мужчины. Чугунцов достал еще один стул и поставил его посередине, сказал ждать его тут и ничего не трогать, а то вырвет мне руки и вставит в одно очень темное место. Потом вышел и запер за собой дверь.
Было ли мне жаль, что один маг отправился на перерождение? Нет, только неприятно, что его использовали, как и меня, собственно говоря.
— Пофиг, этому уроду не жить, — проговорил про себя.
******
— Привет, Ивар. Это я, твой любимый бог Локар. Я сейчас, скорее всего, нахожусь в других мирах или даже вселенных, поэтому поболтать с тобой не смогу. Знаю, ты соскучился. Предчувствую, что ты недоволен, и для этого мне не нужны сверхспособности, просто ваша человеческая природа такая. Представляешь, какое расстройство: создали вас, чтобы поклонялись, а вы постоянно скулите, вечно вам что-то не нравится… Ладно, я для чего-то же сделал эту закладку? Ты не в курсе? Ну и хорошо, наверное, просто так, чтобы ты обо мне не забывал.
******
— Странно, — пробормотал я. — В Локаре больше нет той извращенной радости, просто будто местное божество шлет свои послания.
"И никакой реакции, он что, больше не подслушивает? Его и правда нет? Просто замечательная новость, значит, Виктору конец. Растянулся в довольной улыбке. Осталось только разобраться со смертью паренька, и все будет хорошо. У меня даже есть два учителя, которые станут моими верными защитниками, хотя они об этом пока ничего не знают.
— Может быть, получится и директора подтянуть к этому плану? — сказал я, развалившись в кресле.
Ладно, чего загадывать. Но в какой раз убеждаюсь: иметь обязанных или заинтересованных людей очень полезно, и чем больше их, тем лучше. Еще нужно забрать долг с Озеровой и нашей девушки — великой княжны с длинным именем. Пока сидел и прикидывал, как их всех использовать, вернулся Чугунцов.
Не знаю, сколько времени прошло, но на улице потемнело — не ночь, но сильно глубокий вечер. Сергей посмотрел на меня и потом разочарованно сказал:
— Пойдем к директору.