Одна тень сказала второй:
— Это может взбудоражить страну. Передай всем, что нужно возвращаться домой, чтобы быстрее заканчивали дела. Скоро совет старейшин…
* * *По дыму проходила вибрация, я наблюдал за собой со стороны и понимал, что ее как-то издаю сам я. Не знаю, что это такое. Постарался успокоиться… Сигнал посылали врата души слабого объекта.
Поплыл к нему. Он лежал весь в крови. Оторванная рука, другая сломана, как и ноги, позвоночник тоже. Михаил… Он не мог шевелиться и просто орал и, возможно, плакал, какая-то жидкость вытекала из его глаз.
Оставить инвалидом и передать папаше извращенцу или..? Мое “тело” двинулось само, материализовалась рука, и я будто в воду ее опустил. Медленно, никакого сопротивления.
Хотя крик, потому что вибрация была очень сильная, можно назвать сопротивлением? Я очень медленно вырывал сердце этой твари. Он был еще в сознании, когда бьющийся орган оказался у меня в руке. Сердце лопнуло и залило кровью его тело."
"Попытался увидеть лицо этого ублюдка, полное ужаса, страха, беспомощности и боли.
Потом орал я. Слышал это у себя в голове. Боль от того, что формируются кости, мышцы, органы, нарастают кожа и волосы. Когда я принял, надеюсь, свое обычное обличье — упал.
Я не мог пошевелиться. Теперь знаю, что такое настоящая боль. Свербела и ныла каждая клетка моего организма. Все пульсировало и будто вставало на свои места.
Сколько я так пролежал, не знаю. Но в какой-то момент смог шевелить губами, открывать и закрывать глаза. Кажется, только сейчас стал дышать, хотя скорее пытался пробовать. Теперь я узнал, что такое, когда легкие горят от простого воздуха. Глаза обжигает темнота, а уши разрываются от тишины.
Жуть. Не знаю, что сейчас такое было, но это спасло меня и род Дарков.
— Сестра!
Попытался встать, но не смог оторваться даже от пола. Перевернулся на живот и пополз, передвигался медленно, будто змея. Пытался запустить лечение, но я не видел врат души и не чувствовал в себе магии, да и не замечал ее больше.
Подползая к сестре, увидел, что она пытается прикрываться, только двух рук не хватает, чтобы полностью скрыть наготу. Она плакала.