Я с трудом притащил ее сюда и предупреждаю, что никто из членов семьи не знает о нашем визите и об этой ее истории.
— Мы как раз тоже размышляли над ней, — усмехнулся Брэндон. — Садитесь и рассказывайте. Они уселись.
— Давай, Моана, — приободрил сестру Гораций. Она испуганными зелеными глазами смотрела на него.
Слез в глазах не было. Она совсем не походила на ту Моану, которая кричала в ночь кражи. Сейчас девушка сидела здесь потому, что у нее не было иного выхода.
— Давай, начинай же наконец, Моана, — настаивал Гораций.
— Есть только одна причина, по которой я решила рассказать. Это… это…
— Понимаю, — нетерпеливо перебил Брэндон, вглядываясь в ее лицо.
— Я ходила к Карру. Я хотела, чтобы он защитил меня. Теперь он ждет, что я выручу его.
— О чем вы консультировались с ним? Что заставило обратиться к нему?
— Моана, сообщи этим джентльменам все, о чем поставила в известность меня.
— Я не уверена, знают ли что-нибудь джентльмены о прошлом нашей семьи. Мать из чувства порядочности сделала культ. Не уверена, что это так уж хорошо.
Она на мгновение заколебалась.
— Продолжай, — поторопил ее Гораций.
— Я любила Дарвина, а он оказался мерзавцем и все время лгал мне.
— Вы, очевидно, его плохо знали, — удивился Селби.
— По дороге в Юм выяснилось, что он уже женат. На француженке. Однако пообещал, что все будет в порядке: он пошлет ей деньги, чтобы она оформила развод во Франции. Он был готов поехать со мной в Юм и там жениться на мне. Но я понимала, что из этого ничего не получится. Француженка узнает, что он снова женился, и разразится скандал. Двоеженство карается законом.
— И что же вы сделали? — спросил Брэндон."
"— Я позволила разуму возобладать над сердцем, — ответила она с сожалением. — Я сказала, чтобы он более не хлопотал и отвез меня домой. Мы расстались. Он остался в Юме, а я решила доехать до какого-нибудь места, чтобы связаться с Конни и рассказать ей о случившемся. Я могла бы поехать на автобусе, но боялась, что на автобусной станции меня будет искать Дарвин, поэтому решила добираться на попутных машинах.