Он лениво махнул рукой, и в комнате образовалось туманное пятно, которое вскоре преобразилось в картину недавней сцены.
Профессор Нер смотрела на меня так, словно я была каким-то насекомым, случайно залетевшим в ее идеально чистый и новый дом. Насекомым шумным, противным и маленьким.
– И что это?
– Листок. – Теперь я уже явственно слышала хихиканье студентов, которым мой ответ почему-то показался забавным.
– А на нем что?
– Контрольная… Должна быть.
Явный хохот. Почему тогда я не уловила даже отголоска всеобщего веселья?
– И где она?
Остальные студенты откровенно посмеивались, наблюдая за ситуацией.
– Нет.
– …Что ж, – Кэдерн развеял иллюзию, – я не усматриваю в этом каких-либо нарушений. Хотя вам, Сормат, стоит подумать о своем будущем. Я записываю на ваш счет семь баллов. В итоге методом нехитрых вычислений получаем, что вам остается… восемь баллов до отчисления. Вы понимаете, в какой вы ситуации?
– Да, господин ректор. – В своих словах я была совершенно не уверена.
– Мне кажется, нет, – отрезал Кэдерн.
А я-то понадеялась, что отделалась легко."
"– Дейна, я являюсь ректором вот уже десять лет. И никто на моей памяти не подходил к середине третьего курса с таким количеством нарушений. Я понимаю, вы – приемный ребенок, единственный и поздний. Ваши родители бедны, у вас было трудное детство – да, я в курсе, как во вверенном мне учебном заведении относятся к детям бедняков, – и весьма непростое студенчество. Но, Дейна, вам всего лишь девятнадцать и впереди долгая жизнь.
Ректор отложил папку и посмотрел мне в глаза.
– Что происходит, Сормат?
Не могла же я ответить: «Это все Смиль и его дружки, которые жутко меня ненавидят».
– Я жду. Отвечайте.