Прощение славянки

Может, придется и вовсе ухариться. А кодла и так знает – в случае чего надо разбить понт.

Улица, где кантовался Сивый, была совсем паршивая. Дорога вся разбитая, ее не ремонтировали никогда. Еще бы, за длинным кирпичным забором находилась авторемонтная мастерская, куда свозили тяжелую уборочную технику. Вот она и раздолбала весь асфальт. Дима снизил скорость и едва полз, объезжая эти долбаные ямы. Въехал во двор пятиэтажки. В это позднее время почти нигде в окнах не горел свет. Но его это не пугало. Сивый никогда не открывал плотные шторы на своих окнах второго этажа.

У него даже днем в комнату никогда не проникал солнечный луч. Дима припарковал машину прямо к двери подъезда, осторожно зашел и прислушался – в подъезде было тихо. Он взбежал на второй этаж. На условный стук дверь сразу распахнулась, Сивый втащил его в комнату.

– Ты че! Совсем тормоз? Че приперся? Канать надо, а не сходку устраивать.

– Так мне Мокруха прозвонил – шухер, говорит.

– Это я его предупредил. Мне час назад Витька Мусор звонил, дал маяк – наши толстопузые прокололись.

Ментура готовит облаву. Я вон уже сидор собрал, обрываться буду.

– И куда намылился?

– Свою тачку оставляю: слишком приметная она у меня. Возьму соседскую, такой рыдван раздолбанный, никто его не остановит. Поеду к одному своему бывшему корешу, там припухну. А ты че делать будешь?

– Я свою тачку не оставлю. Сейчас за город махну, у меня одна серячка есть, пригреет.

– Ты че, Димон, совсем не сечешь поляну? Я тебе как корешу говорю: бросай свою тачку.

Ты же центровой, да еще мокрушник! Если нарисуешься, ментяги тебя в момент повяжут. А там сам знаешь – ментовская контора, казенный дом… Да не факт, что в крытке отсидишь. Могут запросто тебе ласты завернуть.

– Не бзди, Макар, я сам боюсь, – сплюнул сквозь зубы Дима. – Прорвусь.

– Ну ты чеканутый! Все, кончай базар, мне хилять пора.

За дверью послышался скрип ступеней. Бандиты затихли, прислушиваясь. Тихие голоса в подъезде выдавали присутствие нескольких человек.

– Мусора… – едва слышно прошептал Сивый и увлек за собой Диму Большого в комнату.

– У тебя есть винтарь?

– В машине оставил. У меня только пукалка и жало.

– У меня тоже. В багажнике «калаш». И гранат несколько.

– Как отходить будем?

– Через балкон.

Прозвенел дверной звонок. Бандиты попятились к балкону и выглянули наружу. Темень, хоть глаза выколи.

– А где фонари? – злобно прошипел Дима.

– Это двор, фонари со стороны улицы. Здесь снегу навалом. Я днем смотрел.