Тем самым я позволила ему увидеть то, чего он не должен был видеть.
Потому его глаза уже полностью поглотила темнота. Потому они похотливым образом заскользили по моим ногам. Вдоль бедер, плавно спускаясь до самых щиколоток. Царапающий взгляд обладал необъяснимой силой. Он ощущался даже сквозь тонкий капрон. Как неприятное прикосновение или удар электрошокером. Я кожей ловила импульсы напряжения, мгновенно распространяющиеся по помещению.
Скулы Макара вздулись желваками. Он втянул ноздрями воздух.
Залившись краской, я неестественно прочистила горло и тихонечко спросила:
— Нравится?
— М? Ты о чем? — он вопросительно заломил темную широкую бровь, и только после установил со мной зрительный контакт.
— Я все еще тебе нравлюсь? Ты... хочешь меня, или я чего-то не понимаю? — проронила предательски дрогнувшим голосом, удивляясь своей смелости.
Впрочем, удивилась не только я. Макар также был сражен моим вопросом. Особенно, если учесть то, как бешено запульсировала венка на его шее и раскрылись пересушенные губы.
Макар ухватился за узелок галстука, двумя резкими движениями ослабил его. Опустился в кресло напротив, словно внезапно потерял твердость в ногах. А затем он задумчиво выдал короткое:
— Охренеть.
Ничего толкового, но тут и без слов все предельно ясно.
Не просто так он ревновал меня. Реакция показательная. Я волновала его... В сексуальном плане. Сомнений быть не могло. Волновала настолько, что он забыл уже о нашем разговоре, о тимбилдинге, и грядущем корпоративе на природе, о Льве. Он забыл обо всем. В один миг. Стоило ему несколько иначе посмотреть на меня и впустить в сознание одну из фантазий.
Будь я поковарней и легкомысленней, я могла бы жестоко сыграть на этом...
Забудь я о своих моральных принципах хоть на время, я бы превратила его жизнь если не в ад, то хотя бы в его подобие.
Но... я выше всего этого. Мщение и возмездие, да еще таким безнравственным путем, в мои планы не входили. Не стану я мстить.
— Ты совершаешь огромную ошибку, — отметил Макар предупреждающим тоном.
— Это еще почему? — расхрабрилась я.
Напряженная пауза, взятая явно на размышления, после чего последовал протяжный вздох Макара.
— Не думаю, что ты готова это услышать.