Это послужит мне жизненным уроком.
Вот только с дельцем одним разберусь.
Уж больно все подозрительным выглядит. Сфабрикованным. Складывается впечатление, что яму для меня готовили еще до того, как я сам себе ее вырыл.
В машину запрыгнул. Пару минут просто сидел в салоне, жадно поглощая душный воздух. Как в последний раз.
Пялился в пустоту, а в голове сирена пронзительная выла. Доводила. С ума сводила оглушительным ревом.
Веки сомкнул крепко, а перед глазами ее образ. Все тот же, что я чаще всего видел за последние два года разлуки — заплаканный, разбитый, уничтоженный.
А-а-а!
Как напоминание, наказание, кара.
Тряхнул головой резко, к бардачку потянулся. Нашел в нем изрядно потрепанную пачку с одной сигаретой и зажигалкой внутри.
Не курил уже полгода, а ее оставил на особый случай. Как знал, что пригодится.
Зажал между зубами фильтр, чиркнул зажигалкой и одновременно опустил стекло. Глубоко затянулся, до отказа забивая легкие табачным дымом. Никотин ударил в голову. Со второй затяжкой тело обмякло и руки задрожали.
Стряхнув пепел через окно, я вынул телефон из кармана джинсов. В списке контактов нашел нужный номер. На «громкую» поставил, завел машину и тронулся с места.
Куда? Пока еще не знаю даже.
— Здорово, Гром, как сам? — отозвался Клим в трубку.
— Дело к тебе есть, — не стал ходить вокруг да около. Сразу к сути перешел.
— Когда? Я просто сейчас занят пока.
— Набери, как освободишься.
— Понял. Часа через два дам знать, где встретимся. На телефоне будь.
Сбросив вызовов, глянул на время, встроенное в панель управления.
Два часа — чертовски долго для того, у кого нервы ездят, как на шарнирах.
Решил судьбу пока не провоцировать — домой поехал. Переодеться в сухое для начала.
Из лифта вышел, без задней мысли свернул в левое крыло, а там — картина маслом. Но ни хрена не смешно уже, если честно.
— Вот скажи мне, на каком тебе еще языке объяснить, чтобы ты перестала вторгаться в мою жизнь? Разве я не ясно выразился? — процедил я злобно, оттесняя порядком замученную Ольгу от двери своей квартиры.
"Мысленно посмеялся над собой, над зеркальной ситуацией. Ольга с ослиным упрямством вторгалась в мою жизнь, я — в жизнь Алёны, но никто из нас не желал понимать элементарного. Отказывался понимать.