А когда полковник потребовал мои домашние координаты, его вежливо послали. Не даём данных – и всё тут. Закон о гарантиях личной безопасности участников читали? Да никого не волнует, кто вы такой. Может, вы враг, искусно маскирующийся под полковника Иванова!
В общем, полковник переживал. Сказал ведь – до исхода двенадцатого. Вот интересно получилось бы, если бы я прибыл не утром, а именно к исходу. Но я дисциплинированный военный, прибыл с запасом.
– Сегодня после обеда, как только спровадим прессу, поедем в город, – принял решение Иванов. – И каждый купит себе сотовый телефон. Ну вас в задницу, с вашими отлучками... Деньги всем выдали, так что вы теперь богатые. А телефоны родственникам пригодятся.
Нам и в самом деле выдали «боевые» за два месяца, зарплату и командировочные. Получилось довольно неплохо, но я все свои деньги отдал семье, а себе оставил только на прожиточный минимум, о чём не преминул заявить полковнику.
– Да это не проблема, я тебе займу, – добродушно пробурчал Вася. – Мне тот сотовый до одного места – у меня всё равно рация...
– Какая, на фиг, рация? – удивился Иванов. – Я же сказал – не брать ничего! И с кем, если не секрет, ты тут собрался связываться?
– У меня тоже рация, – скромно потупился Петрушин.
– Так-так... – Иванов подозрительно уставился на наших боевых роботов. – Может, вы, помимо раций, ещё кое-чего прихватили?"
"Петрушин с Васей виновато переглянулись и синхронно опустили головы. Я бы даже сказал – с тоскливой обречённостью опустили. Как те детишки, что приволокли домой красивую противотанковую мину (вся такая зелёненькая, гладенькая, кругленькая и блестит) и не встретили должного понимания со стороны недалёких родителей.
– Ну, пошли, посмотрим, – Иванов не стал зря брызгать слюной, а сразу направился в наш с Васей номер.
– А покажите-ка нам, товарищ майор, что у вас тут в закромах...
Вася послушно выволок из-под кровати свою безразмерную сумку типа «мечта оккупанта» и, печально вздохнув, предъявил взорам товарищей «закрома».