Если ситуация не уникальна, а, напротив, повторяется в периоде – допустим, раз в пару месяцев, при этом нет личностно обусловленных потерь и реальная угроза отступила, либо в явном виде отсутствует, – к концу третьих суток организм просто устаёт напрягаться, и наступает закономерная фаза расслабления. Сообщество таких уставших напрягаться индивидов – воинский коллектив успокаивается и переходит к насущным рутинным делам. Жизнь продолжается.
– Короче, мимо свистнуло, не попало в тебя – жив! – по-своему округляет явление Вася.
Эти трое суток (с утра второго до утра пятого) наши хлопцы безропотно несли службу там, где определило начальство группировки. В частности, Петрушин, Вася, Костя и Серёга были посажены на четыре узловых КПП как лица, имевшие с разыскиваемым непосредственный контакт.
Между тем в первые же сутки была состряпана довольно толковая ориентировка на Мовсара – фото и данные взяли в московском колледже, где до недавнего времени обучалось юное дарование.
Так что не было нужды использовать специалистов в качестве бойцов досмотровых групп. Но начальству, конечно, виднее.
Остальным членам команды тоже скучать не дали. Иванова откомандировали в городской спецприёмник, работать с подозреваемыми, задержанными в ходе проведённых «по горячим следам» многочисленных рейдов. Лизу на три дня включили в оперативную группу ФСБ, работавшую по адресам, полученным от агентуры. Глебыча пришпандорили к виноватым № 2: грушникам, которые организовали засаду у Тхан-Юрта, где располагалось родовое поместье вконец захиревшей чеченской ветви клана Дадашевых.
В принципе, Вася, раненный по касательной в икру, мог бы и отказаться от такой великой чести. Залёг бы в госпиталь на пару недель, отоспался бы, отдохнул...