— Следует точнее выражать свои мысли… ваше величество, — ответила я.
— С вами видимо только так и должно быть… леди Аликсия.
Меня все-таки опустили на пол, а полог с нас спал, ко всеобщим пересудам и облегчению отца и принца Оливера. Да-да, герцог тоже стоял тут, по правую руку от его высочества.
— Ваше величество? — с напряжением спросил принц.
— Я пытался убедиться, все ли в порядке с леди Аликсией и не пострадала ли она во время такого… несравненного появления, — отозвался его величество.
— Благодарю за заботу, ваше величество, — с напряжением отозвался отец. — Позвольте представить вам мою дочь, Аликсию Вильтерос.
Оливер одним плавным движением оказался рядом, приобнял меня за талию и, не дав мне еще ничего сделать, добавил собственническим тоном, выбивая у меня и у гостей почву из-под ног:
— И мою невесту.
Мгновение на осознание, и глаза его императорского величества вспыхнули: в них начали бушевать привычные для меня ураганы.
Драконы были впечатляющими. В дорогой одежде из неизвестной мне ткани, мужчины — с длинными волосами, в которых проглядывались тонкие косички, дамы — с причудливыми прическами, недостаточно пышными платьями по меркам Дартании, скорее даже немодным, но в Дракмаре — своя мода, более простая, но при этом изысканная.
Ах, дом Дана… неужели я побывала в императорском дворце и видела саму императорскую любовницу? Мысленно усмехнулась своей наивности. Должно быть, изящная, без вычурности обстановка дворца сбила меня с толку, да и поведение Дана не соответствовало императорскому.
В глазах Астель не отразилось ни единой эмоции, в отличии от эмоций моего дракона.
Оливер, будто я и не пропадала никуда на неполные три года, попытался взять мою руку. Я слишком хорошо знала этот жест, он собирался поцеловать мои пальцы, поэтому поспешила присесть в реверансе, открывая его величеству Ардаану Ониксову вид на декольте. Пусть лучше смотрит туда, чем мне в глаза: я просто не смогу выдержать его взгляд, полный бушующих ураганов.