Это тебе не прогулки по коммерческим кабакам, здесь они реально пасутся, так что и нам следует реально этот вариант отрабатывать…
— А как?
Жеглов улыбнулся:"
"— Чтобы такие орлы-сыщики да не придумали! Быть не может! Поэтому ты отправишься к двум часам в триста восьмой кабинет к товарищу Рабину Николаю Львовичу — я с ним договорился — и начнёте вместе проверку по всем оперативным учётам: на судимых, приводников, барыг и прочую прелестную публику. Выберете всех женщин по имени Анна, хотя бы мало-мальски подходящих под наш размер.
— Так ведь Анна — это… — не понял я.
Жеглов похлопал меня по плечу:
— Бывает, бывает, что имя — это не имя, а кличка. Я тебе на досуге сколько хошь примеров приведу. Да ты и сам увидишь! Значит, выпиши всех более-менее подходящих на карточки — пусть у нас перед глазами будут…
— Есть!
— Работа эта большая, на несколько дней, да что делать…
Мне пришла в голову мысль, и я её нерешительно высказал:
— А что, Глеб, если нам по вокзалам поискать?
— То есть?
— Ну, мы ведь прикинули, что она может работать где-нибудь в вагоне-ресторане? Там ведь любую добычу можно перемолоть?.
Жеглову никогда не надо долго объяснять.
— Толково, — сказал он. — Попросим у Свирского людей, пусть по всем вокзалам устанавливают Аню в вагонах-ресторанах — список мы потом сравним с твоими карточками по оперучёту. Теперь вот что: бабку эту, Задохину, надо взять под колпак — вдруг к ней кто сунется? Это я тоже проверну…
Мысль насчёт бабки была, конечно, верная, но мне всё казалось, что с её телефоном мы чего-то не дорабатываем.
— Слушай, Глеб, мне как-то Пасюк говорил, что если к нам, например, позвонят, скажут чего-нибудь, а потом бросят трубку, а ты хочешь узнать, откуда звонили, то это можно. Так это?
— Можно, — сказал Жеглов. — Надо только свою трубку не класть, а с другого аппарата позвонить на телефонную станцию. Там они засекают как-то… А что?
— Постой, у меня тогда ещё вопрос. Ведь то, что мы Ручечника посадили, для уголовников не секрет, знают они?
Жеглов посмотрел на меня с удивлением:
— Конечно, не секрет, обыкновенное дело.
— А то, что можно заранее с телефонной станцией договориться и попросить Волокушину позвонить Задохиной насчёт Ани. Аня или Фокс перезвонят, пусть им Волокушина скажет, в натуре так, с истерикой, что Ручечника посадили и как, мол, ей жить дальше…
Глаза Глеба заблестели, идея ему явно понравилась.
— Ага, ага… — быстро прикинул он.