Несколько секунд он молча разглядывал сына, потом вполголоса спросил:
– Ты с ума сошел? Как ты в таком виде пойдешь на богослужение?
– Может быть, я пропущу это мероприятие?
– Не получится. Референт Лотенко перед приходом священника проверит всех арендаторов по списку. Придется тебе идти с подбитым глазом. Признайся, ты где на кулак нарвался?
– Хулиганы у подъезда напали. Еле отбился.
– В милицию заявлял?
– Нет, конечно! Что толку писать? Все равно никто никого искать не будет.
– Ты запомнил, как выглядели эти мерзавцы? Я могу подключить к их поиску нашу службу безопасности.
– Не надо. Я никого не запомнил и опознать не смогу.
Козодоев-старший вызвал из приемной секретаршу и распорядился:
– Попробуйте привести сына в божеский вид. Нам через полчаса надо выдвигаться на мероприятие.
Секретарша сбегала в производственный отдел, принесла целую коробку кремов и пудры. Поверх «Балета» она наложила еще три слоя косметики, но заретушировать свежий синяк не смогла.
Освящение здания бывшего обкома профсоюзов началось ровно в полдень.
Сергей попытался найти среди телевизионщиков Сару Блант, но не смог. Она на богослужении не присутствовала.
Наконец священник отец Пантелеймон закончил молитву и стал окроплять святой водой кабинеты, стены коридора и всех присутствующих.
– Во имя Отца, и Сына…
Благословение во имя Святого Духа досталось Мякоткину, пятидесятидвухлетнему грузному мужчине, директору коммерческого банка, стоявшему рядом с Сергеем. Мякоткин, окропленный святой водой, перекрестился и растер ладонью капли по лицу, словно умылся божественной благодатью.
– Мужские развлечения? – тихо спросил за спиной знакомый голос. – Вы участвовали в боксерском поединке?
Сергей обернулся. Перед ним стояла прекрасная американка.
– Хулиганы напали, – стараясь не привлекать к себе внимание, вполголоса ответил он.
Сара понятливо кивнула.
– Могу я пригласить вас на чашечку кофе после богослужения? – учтиво спросил Козодоев.