Подсчитывая в уме количество патронов в винтовке снайпера, некоторые мужчины бежали зигзагом, надеясь сбить прицел у невидимого стрелка. Другие, наоборот, неслись по прямой, надеясь за счет скорости как можно быстрее скрыться в спасительной тени здания профсоюзов.
Ковпаков, увлекшийся репортажем, не успел отреагировать на второй выстрел и был сбит с ног. Сперва на него налетел Трещилов, следом – тучный мужчина из банка «Восток». Под крики и стоны у подножия памятника Ленину образовалась куча, на верху которой барахтался молодой мужчина в джинсовой куртке.
Анатолий Лотенко, сбитый с толку воплями и бегством соратников, несколько секунд тупо рассматривал труп Мякоткина, пытаясь понять, что же произошло. В тот миг, когда его коснулось дыхание Деймоса, он ощутил дикий ужас от всего происходящего, передернулся всем телом и побежал к памятнику.
Не прошло и пяти минут после первого выстрела, как площадь опустела. На ней остались Живко, Сергей Козодоев, вытолкнутый толпой в первые ряды, и Сара Блант с оператором.
– Сара, уходим! – умоляюще застонал оператор.
– Стой на месте, трусливый слизняк! – приказала женщина. – Это мой лучший репортаж в этом году. Если ты испортишь мне картинку, то, клянусь здоровьем моих детей, я тебе яйца вырву!
Прислушавшись к иностранной речи, полковник обратил внимание, что корреспондентка несколько раз со злостью произнесла слово «фак»!
«Если это ругательство, то она матерится как русский мужик, нечаянно разбивший бутылку водки на крыльце гастронома», – подумал Живко.
Сергей Козодоев стоял перед полковником Живко и ничего не видел.
Фобос и Деймос еще утром поселились в нем и сейчас нашептывали: «Чувствуешь жжение в паху? Это бактерии твою плоть разъедают.
Из прострации Козодоева вывела Сара.
– Сергей, вы меня слышите? – спросила корреспондентка. – Как вы оцениваете происходящее? Кто, по-вашему, виновен в смерти мирных граждан?
– Кто виновен? – переспросил Козодоев. – Он! – Сергей ткнул рукой в полковника.
– Почему вы так считаете? – осведомилась Сара, подталкивая его к действию.
Но Козодоев уже не слышал ее.