Он надрывно и непрестанно кричал, требуя лекаря, который присутствовал на похоронах на случай, если вдове станет плохо. Тот мигом оказался рядом и, открыв свой сундучок, принялся колдовать над пострадавшим. Старая горничная насильно увела в замок устремившуюся было к отцу рыдающую Милану.
Оставив Витаро на попечении лекаря и слуг, Сергей, не обращая внимания на собственные ожоги и ушибы, медленным шагом, словно раздумывая о чем-то, подошел к помосту. Аккуратно положенные дрова еще не рассыпались, и то место, где упал Легата, пока что не затронули языки пламени.
Тут будет реклама 1
Жар от костра шел неимоверный, но, прикрывшись рукавом, Седой сумел подойти к помосту вплотную. Его страшная догадка тут же подтвердилась – на месте падения Витаро большой лужей было разлито масло. Языки пламени уже подбирались к нему, и через секунду оно вспыхнуло, едва не опалив успевшего отскочить Решетова. Ни слова не произнеся, Сергей решительно двинулся в сторону жреца, который в данный момент воздевал руки к небу, видимо провожая танту Ланго в чертоги Зетро.
Тут будет реклама 2
Заметив надвигающегося на него Седого, жрец заметно поумерил свой религиозный пыл, опустил руки и попятился. Опаленный огнем, в прожженной одежде, с ожогами на руках и лице, Решетов, словно воплощение возмездия, неумолимо приближался к намеченной жертве. На худом лице жреца отразился неописуемый ужас, он было повернулся и бросился бежать, но Седой в два прыжка догнал его и повалил на землю. Он рывком развернул служителя культа Зетро к себе лицом и, нажав коленом на кадык, прошипел по-русски:
– Ах ты, лысая сука! Я тебя на куски разрежу! – С этими словами он достал из ножен широкий кинжал.
Тут будет реклама 3
Окружавшие их люди, ошеломленные происходящим, уже совсем ничего не понимали, поэтому застыли в ступоре, не зная, что им предпринять. Но трое жрецов Зетро, стоявшие немного поодаль, ничуть не растерялись – выхватив тонкие, словно жала, ножи, они устремились на помощь своему лысому собрату.
Тут будет реклама 4
Через несколько секунд двое из них уже валялись на земле, зажимая раны на руках и ногах, а третий «отдыхал» в глубоком нокауте – ступня Седого снесла ему челюсть, которая теперь болталась на сухожилиях. Занятый нападавшими, Сергей на минуту отвлекся от главного «виновника торжества». Тот с опаской поднялся и бросился было прочь, но тут же упал, словно подкошенный, схватившись за бедро, из которого, дрожа оперением, торчала метровая стрела.
