Не знаю, как они действуют, но именно они не позволяют развиться магическому резерву.
— Да нет же, ошейники спасают! — возмутился Рика.
— Вполне вероятно, что такой эффект может дать артефакт, впитывающий магию, — нахмурилась Далия. — Как известно, по мере взросления, маг начинает все активнее поглощать и перерабатывать разлитую в окружающем пространстве силу. Чем больше он занимается практиками, тем быстрее идет процесс адаптации и поглощения. Сила мага и его способности при этом зависят от проходимости его энергетических каналов, которая меняется лишь относительно, а больше задается при рождении.
Далия, как всегда, когда разговаривала о физиологии человека и магических структурах, уставилась пустым взглядом куда-то в пространство.
— Этого не может быть… это все не так! Рабами люди рождаются, это болезнь… — шокировано проговорила Рика.
— Боюсь, что эту «болезнь» создали те, кому это было выгодно, — честно ответил я. — Подумай сама, если эта сказка про «болезнь» правдива, то зачем требовать от раба клятву подчинения?
— Э… что? — она растерянно захлопала глазами.
— Чтобы спасти «больного» ребенка, нужно позволить ему всего лишь делиться своей магической энергией.
— Это… это часть ритуала, без нее энергию не передать… — пробормотала Рика.
— Но я принял твою магию без этого. Достаточно было простого согласия…
— Да… но… — она запнулась.