Он издал тяжкий вздох:
— О, Боги, следователь Стейнсон, я пытался не верить в эти расказни, полагал, что между вами и капитаном Вигбьорнсоном просто какое-то недопонимание…
— Но…
— Помолчите, Стенйсон! Я терпел все это только из уважения к вашему отцу и брату, а также прошлым вашим заслугам. Но с меня довольно. Вы верно догадались о периодичности убийств, но это все, что вам удалось. Вы понимаете, что сейчас мы готовимся к грандиозной облаве в трущобах, чтобы не допустить повторений? Осознаете, что сделают с нами газетчики, если мы не справимся? — он поднялся со стула и резким движением отодвинул шторку, за которой обнаружилась карта города с нанесенными на ней флажками и точками.
Я же растерянно смотрел на эту карту и понимал, что все это неверно.
Глава 34. Эрик
— Это неправильно… — пробормотал я себе под нос, удивленно разглядывая карту.
— Что?! — возмущенно выдохнул глава полиции.
Я вскочил со своего места и подошел ближе.
— Это ведь места убийств? — я указал на красные точки.
— Да, они находятся в этих районах трущоб, а значит мы их изолируем…
— Вы позволите? — прервал его, указывая на коробочку с синими кнопками-указателями.
— Берите, — буркнул глава.
Я вытащил еще пару кнопок и по памяти нашел нужные места:
— Пересечение третьей улицы Строителей и шахтерского переулка, — вдавил одну кнопку в карту, под которой была пробковая доска.
— Что?! — буркнул глава полиции.
— Это круг, — я вытащил из папки рисунок со схемой созвездий и, чуть повертев его, нашел правильное положение. — Вот первое дело, первое созвездие, вырезанное на теле, Врата. Потом следующее… — я перечислял и перечислял убийства, знаки, даты, и все они шли четко по кругу, очерченному по столице, будто циркулем.