Скажи лучше, если ты так влюблен, что и работать не можешь, то почему не сделаешь своей даме сердца предложение? Опять боишься, что ее отец откажет? Она богата?
— О, место на ее безымянном пальце уже занято, — отмахнулся Лейв.
— Замужняя?! Только этого еще не хватало!
— Теперь ты понимаешь, почему я не могу обсуждать ее личность. Разве что стихами: «О, стан твой гибкий, локоны златые…»
— Довольно!
— Скучный ты человек, Эрик, нет в тебе поэзии, — тяжко вздохнул Лейв.
— Да, я люблю прозу, прозу четких полицейских отчетов.
— А, это там, где студенты-маги повеселились? Хорошо, сейчас сделаю, — он начал перебирать бумаги, разбросанные на столе.
— Ар-р-р, я же просил тебя сделать его еще два часа назад! Я думал, что ты над ним работаешь!
— А я думал, что тебе нужна выписка из дела насильника… ну, прости, сейчас-сейчас… и вообще, чего ты такой нервный?
— Ты знаешь, — буркнул мрачно.
— Слушай, это всего лишь теория, ты же должен понимать.
Тут я не выдержал я явственно рыкнул. Каждый раз мне это говорили: «всего лишь теория, только предположение». К кому бы я не обращался, ответ был один. Я даже запрос на имя министра полиции составил через голову столичного начальника. Получил по шапки от командира нашего отделения и отписку «сверху», что «ваша теория чрезвычайно интересна, но фактами не подтверждена», «по нашим данным, в этой схеме есть белые пятна» и «работайте дальше, ваше рвение похвально, но не забывайте о прямых доказательствах».
Короче, коллеги уже начали шептаться, что я слегка помешался на убийствах, но вот Лейв меня всегда поддерживал, он же единственный, кто тоже был свидетелем магических эманаций вокруг последнего тела!
— От тебя я такого не ожидал, — буркнул мрачно, закапываясь в бумаги.
— Ну, извини, — он встал из-за стола и подошел к висящей на стене пробковой доске, на которой были приколоты мои выкладки. — Я согласен, что твоя теория очень складно выглядит, но у нас нет доказательств, ты ведь сам понимаешь.
Отложив текущие документы, я развернулся на стуле и устало вздохнул. Если честно говорить, я это прекрасно осознавал:
— Главным доказательством будет, если в следующие несколько дней будет найдено еще одно тело. И эта смерть окажется на нашей совести! Ты же сам видишь, что последние трупы появлялись с периодичностью примерно раз в месяц: двадцать третье сентября, двадцать второго августа, двадцать второго июля.