Радиоактивная война

– К двухтысячному году наши спецы собрали первый фугас, мощностью двадцать килотонн, – наконец с пафосом произнес Яков Михайлович. – А к две тысячи второму их было уже пять.

– Ну не коллекционировать же вы их собирались? – негромко спросил Вармаков.

– Верно подмечено, молодой человек, – уже совсем освоился среди смертников экс-полковник."

"– Используя мои давнишние дипломатические связи на Ближнем Востоке, мы стали вести переговоры с Саддамом Хусейном. Ирак длительное время находился в международной изоляции и в любой момент мог стать объектом агрессии Америки, ядерные фугасы – вот единственное, что могло остановить новую войну.

– И много вы хотели за свои цацки? – снова не удержался от вопроса Макс.

– По двести миллионов за каждую.

– Не слишком ли дорого? – теперь спросил частный детектив. Названная сумма превышала все его способности восприятия, потому что была больше, чем бюджет некоторых африканских стран. Но тем не менее вопрос ничуть не смутил отставного военного разведчика.

– Есть вещи, которые считаются абсолютно бесценными, скажем, «Мона Лиза» да Винчи, или что-то в этом роде.

Почему? Да потому, что в единственном экземпляре. Если бы атомные фугасы продавал еще кто-то, то они стоили бы вполовину дешевле. А если бы продавцов было с полсотни, то наши изделия не превышали бы стоимости «Мерседеса» без тюнинга. А раз на рынке мы одни, то и цену сами назначаем.

– Ну что же, все предельно ясно, – Глеб почесал переносицу. – И чем закончился торг с Усатым?

– Хусейн то соглашался, то пытался торговаться, то снова соглашался.

Так в бессмысленных препирательствах прошел год, наконец диктатор дал окончательно «добро», и на Аравийский полуостров вылетел наш самолет со всеми пятью «изделиями». В одном из частных банков Швейцарии должно было произойти финансовое оформление сделки, но неожиданно Хусейн заявил, что все отменяет. Сделка расторгается, а через два дня американцы вторглись на территорию Ирака. Просто мистика какая-то.

«Никакой мистики, – мысленно возразил Кольцов, которому было известно значительно больше, чем предполагали его собеседники.

– Хусейн звериным чутьем вдруг сообразил, что с ядерными фугасами на руках он может быть жертвой агрессии, а так был шанс. Хотя побежденный не может рассчитывать на снисхождение, слабаков презирали испокон веков. И петля для Усатого агрессора оказалась возможностью благородного ухода. Нет мистики в том, что, ворвавшись в Ирак, янки так долго и безуспешно искали ядерное оружие.