Мудрствовать лукаво бывший спецназовец не стал, решил действовать по-боевому, взять «языка» и тряхнуть его как следует, ну а дальше как получится.
Софи, которая вначале была за силовое решение проблемы, в последний момент изменила свое мнение. Установив, что Зубанов посещает один и тот же бордель, она через своего криминального родственника решила «наехать» на хозяйку заведения, чтобы понаблюдать за объектом в неформальной обстановке.
– Мы что, так и будем сидеть, наживая геморрой, – недовольно буркнул Малкин: военного репортера буквально убивало безделье.
– Ты сам напросился сюда ехать, мог бы сидеть в трейлере, – резко ответил Кольцов, даже не взглянув в сторону американца. Он сам был недоволен сложившимся положением вещей. «Будь я в Москве, действовал бы по-другому, там все знают меня, всех знаю я. Но в Марселе... как говорится, в чужой монастырь идешь, свой устав оставляешь дома».
– А что бы изменилось, если бы я сидел в трейлере? – продолжал ныть янки.
– Зато вдоволь мог бы наиграться со своим маленьким другом.
– Сволочь, – сквозь зубы прошипел Роберт.
Перепалка – хоть какое-то развлечение в подобной ситуации. Сыщик хотел было поставить нытика на место, но снова зазвонил телефон.
– Слушаю, – спохватился Кольцов.
– Глеб, только что Осьмухин звонил Зубанову, они говорили по-русски, поэтому прослушай запись.
«Серафим Кириллович, наши дела сдвинулись с мертвой точки.
– Софи, Зубанов сейчас уезжает, я сажусь ему на хвост, – быстро произнес детектив, прежде чем отключиться.
Роберт Малкин заметно взбодрился, едва Глеб провернул ключ в замке зажигания.
Черный «Мерседес» плавно выкатил с внутреннего двора публичного дома. Через несколько минут, дав автомобилю отъехать на сотню метров, Кольцов медленно тронул свой «БМВ». Что-что, а следить он умел.
Двигаясь за Зубановым, машину он не светил, ловко скрываясь за другими автомобилями. В сытой европейской стране граждане в основной своей массе добропорядочные, строго блюли правила дорожного движения, поэтому никаких неудобств в тайном преследовании не было.