* * *Покушение на адепта Ордена вызвало в империи резонанс. Да ещё какой! Совесть Еву не мучила: покалечить, а тем более убить, вечное существо осколком глиняной миски было невозможно.
При мысли о скорой встрече с бывшим супругом начинало отчаянно колотиться сердце, а в животе словно закручивалась пружина. Как и тринадцать месяцев назад, Ева стояла на краю стены, что защищала город от последствий давней катастрофы — одновременного извержения десяти вулканов. Девушка всматривалась в горизонт, пытаясь первой заметить приближение знакомой фигуры.
Солнце закрыла тень: за спиной на стену бесшумно приземлилась Махаллат и кивнула ангелам, что сопровождали пленницу. Надзиратели взмыли в небо, возвращаясь в Орден. Повисла звенящая тишина. Никогда прежде Ева не видела верховную жрицу Тьмы взбешённой настолько: скулы подрагивали, алый огонь затопил радужку. Взгляд дьяволицы остановился на рассечённой руке.
Летели молча. Разлитое в воздухе напряжение не могло испортить триумф победы, первой в череде тех, которые предстояло одержать в войне за свою свободу. На душе было легко. Сердце переполняла радость: она больше не вернётся в ненавистный барак, к постоянному чувству голода и вони немытых тел! Всё позади! Никакой боли! Никаких камней! Никакого чёртового солнца!
Закрывая глаза, Ева представляла, как с наслаждением опустится в горячую ванну.
Рана в потревоженной ладони открылась, но Еве было всё равно: она предвкушала, как уснёт не на холодном полу, а в кровати, застеленной свежим бельём. Уснёт, положив под голову настоящую подушку, а не руку в мозолях.
В объятиях злой дьяволицы, летящей в Пустошь, Ева вдруг осознала, как вымотала её жизнь в Ордене, искупительный путь. Оказалось, что держалась она из последних сил, в шаге от того, чтобы сломаться.