Серж замолчал и принялся за новое блюдо: заворачивал в лепешку кусочек утки вместе со стеблями и приправой и ел, как в русских деревнях едят блины со сметаной. Волку это показалось сложным, и он ел утку отдельно, а лепешки отдельно. Было очень вкусно. Они еще выпили.
– Эту проблему можно решить только одним путем…
Серж сделал паузу, доедая утку. И давая возможность собеседнику задать вопрос. Но утка кончилась, а вопроса не последовало.
– …Сменив людоеда на нормального человека. Дружески настроенного к нашей стране.
– И к «Консорциуму», – уточнил Волк.
– Совершенно верно. И к «Консорциуму». Сейчас ведется подбор специалистов. На эту работу выделено три миллиона долларов.
– Сколько?!
– Три миллиона. А ведь когда-то мы уже сделали это. Причем совершенно бесплатно. А тот, кто сделал что-то однажды, может сделать это и второй раз. Что скажешь?
«Не соглашайся! – быстро сказал кот. – На фиг нам эти башли? А шкуру точно попортить могут!»
Владимир тщательно промокнул губы тонкой полотняной салфеткой.
– А ты участвуешь?
Серж отвел глаза.
– Только в координации и общем руководстве. У меня обеспечивающие функции.
– Я так и думал.
– Почему? Почему ты так и думал?
– Потому, что ты уже привык комфортно жить, вкусно есть, в общем, наслаждаться жизнью. После этого трудно идти под пули.
Волк ожидал, что Серж разозлится, но тот только усмехнулся:
– Пожалуй, ты прав. Но я уже устроен в этой жизни. А ты еще нет. И эта операция – ключ к такому же положению, как у меня.
Серж смотрел внимательно, словно хотел проникнуть сквозь татуированную кожу и заглянуть Волку в душу. Пауза затягивалась.
– Я подумаю, – наконец сказал Волк.
Серж перевел дух. Похоже, он боялся услышать отказ.
– Конечно. Это вполне естественно. Что ты скажешь насчет зеленого чая?
– На это я без раздумья скажу «да», – усмехнулся Волк.
* * *– Баба как баба, – сказал Потапыч, рассматривая фотографии. Крупный план: Софья улыбается, жемчужные зубки гармонируют с жемчужным ожерельем. Софья в купальнике на морском берегу, маленькие ступни омывает прозрачная волна. Софья верхом на вороном жеребце, рука сжимает повод, можно заметить, что маникюр выглядит безукоризненно. Потапыч этих нюансов, конечно же, не ухватывал.