– На кой мне эти рамсы? Только зарулил к людям, а уже все перебаламутил. И вообще скользкий… Вчера полдня терли базар – много непоняток вылезло. Слышь, Катала, накажи его! Пусть заглохнет. А потом я его пробью по хатам, как-нибудь точняк подтвердится!
Несколько человек быстро разняли дерущихся. Хорек успел расцарапать противнику лицо и укусил за руку.
– Гля, он психованный! – Новичок показал всем прокушенную кисть.
– Ладно, заживет, – небрежно сказал Катала. – Давай с тобой картишки раскинем. Я никогда не базарю: выиграл, проиграл – без разницы.
– Давай раскинем, – неохотно ответил Резаный. – Только без интереса.
– Почему так? У меня и табак есть, и бабки, и хавка!
– Не, на интерес не буду. Я видел, как ты колоду держал.
– Да ладно. Не бзди!
– Сказал – нет! Без интереса – давай.
Катала задумался. Брови на лице картежника выгнулись домиками, выдывая напряженную работу изощренного ума.
– А хочешь, давай поспорим, что ты со мной на интерес сыграешь?
Резаный насторожился.
– Это как? Заставишь, что ли?
Катала усмехнулся:
– Да ты что! Ты же в путевой хате, тут беспределу не бывать… Кто тебя заставит? Сам сыграешь.
– Сказал же: я играть не буду!
– Вот и выиграешь спор! К тому же я против одного твоего рубля десять своих ставлю.
– Против одного моего десять своих? Так, что ли? Если я сотню поставлю, ты тысячу, что ли?
– Точно! Тысячу!
Резаный колебался. В тюрьме деньги имеют другую цену, чем на воле. И тысяча рублей – это целое состояние.
– Харэ.
Смотрящими вызвались быть Зубач и Скелет.
– Значит, так… – Резаный загнул палец. – Первое: я на интерес с ним играть не сяду. Второе: ни он, ни кто-то другой меня заставлять не может.
Он загнул еще один палец.
– Третье: я ставлю сто рублей, а он тысячу. Так?
Катала кивнул:
– Так. Два уточнения. Ты добровольно сядешь со мной играть на интерес еще до ужина.
– Хрен. Вообще не сяду.
– До ужина…
Зубач и Скелет внимательно слушали.
– Расчет сразу, – сделал второе уточнение Катала. Резаный оживился:
– Значит, после ужина ты мне отдаешь бабки!
– Отдаст тот, кто проиграет, – опять уточнил Катала. – Сразу, как проиграет, так и отдаст. Согласен спорить?
Новичок подумал.
– Смотрящим все ясно?
– Конечно, брателла, – сказал Зубач. – Ясней некуда."
"Вольф не понимал, как Катала собирается надуть новичка, но не сомневался, что своей цели картежник добьется.