Под потолком фургона имелось круглое окошко, закрытое мутным стеклом, впрочем пропускавшим достаточно света. И Шляхтич смог рассмотреть своих сопровождавших – сухощавого господина в белом с полосками костюме и вертлявого уголовника в тельняшке под пиджаком, лыбящегося и глумливого.
– Не боись, дядя, – покровительственно изрек уголовник. – Все будет восхитительно. Оковы рухнут, и свобода тебя встретит радостно у входа.
– Кто вы? – тщетно стараясь, чтобы голос предательски не дрожал, осведомился Шляхтич.
– Добрые ангелы, дядя… Но можем быть и злыми бесами, если нас позлить рискнешь.
В тот же день в «замке» собирали контингент для этапирования в Харьков. Пришел запрос и на Шляхтича. В итоге набили спецвагон кулацким и особо опасным контингентом, который хотели видеть в столице. По списку все сходилось тютелька в тютельку.
В Харькове этапированного, проходившего под фамилией Вуйтович, поместили в следственную тюрьму республиканского ОГПУ. А через пару дней повели на допрос к уполномоченному.
– Ну, гражданин Вуйтович… – строго начал тот.
Но этапированный перебил его самым наглым образом:
– Да спутали вы, гражданин начальник. Блондин я.
– Да вроде шатен, – хмыкнул уполномоченный.
– Так то не за цвет волос. Это моя воровская погремуха. А кто такой Вуйтович и зачем он вам сдался, мне неведомо.
– Что? – От избытка чувств уполномоченный приподнялся и залепил допрашиваемому увесистую оплеуху.
– А чего драться-то сразу? – загундосил Блондин.
– Так говори!
– Ну так попросили меня за другого посидеть. И в Харьков скататься по этапу. А мне чего? Мне не тяжело, я и не такую лямку тянул. Тюрьма – дом родной, а свобода – это так, временно.
– И за какие коврижки ты согласился? – с трудом беря себя в руки, осведомился уполномоченный.
– Продулся в карты, а отдать должок не мог. По нашему разумению, ты или деньги, или серьезную услугу должен. Вот меня и перекупили.
– Кто?
– Да сурьезные дяди такие.
– Ну теперь статью за контрреволюцию получишь, – пообещал уполномоченный. – В лучшем виде.
– Э, тут не натягивайте. Я честный жулик!"
"Описание серьезных дядей он дал такое, что половину Украины можно арестовать тут же.