Может быть, совсем немного, совсем чуть-чуть.
Все будет, нам просто нужно больше времени.
Глава 29
Передо мной спящий Давид, у которого я лежу на животе. До меня он полностью обнажен, а что там творится за моей спиной, страшно подумать.
Но когда я засыпала, мой муж был укрыт, я лично заботливо поправляла простыню. Теперь ею укрыта я.
Выходит я во сне стащила с мужа простыню, укрылась, улеглась ему на живот и спокойно проспала до утра?
Боги, как я могла? Он же больной! Пострадавший.
А я вместо этого нагло на нем разлеглась, еще и простыню на себя перетащила.
«Погоди, Марта, не паникуй! — одергиваю себя. — Может, она просто сползла?»
Приподнимаюсь на локте, осторожно поворачиваюсь и ошеломленно застываю.
Дальше Давид обнажен не полностью, на нем надеты боксеры. Но они мало скрывают то, что я столько раз чувствовала под собой. А вчера чуть не почувствовала в себе.
Не могу отвести от него завороженный взгляд.
"Это красиво. Это так волнительно, что я сажусь в кровати и сжимаю колени.
Жадно рассматриваю Давида, ощущая как немеет все тело. Впервые в жизни я вижу так близко почти полностью обнаженного мужчину. Не в кино, не на фото и не пляже. И не какого-то постороннего мужчину, а своего собственного мужа.
У него все идеально. У него идеальное загорелое тело, даже в расслабленном состоянии видно, какая энергия и сила скрывается в этих рельефных мышцах. И медицинские нашлепки из марли и пластыря, разбросанные по телу, не портят общее впечатление.
Их много, как и поверхностных ссадин и царапин. Доктор назвал это «незначительные травмы и повреждения». Но если представить, что все это необработано и кровоточит…
Да, правильно сделали, что меня не пустили. Это все Давид, он достаточно меня изучил.
Протягиваю руку к лицу мужа, но не касаюсь. Он мерно дышит во сне, а его грудная клетка поднимается и опускается, как будто он качает дельтовидную мышцу.
Его ноги сильные и мускулистые.
На животе и сейчас видны кубики. Тут тоже все идеально. Еще бы, я лично видела, как он пашет в тренажерном зале! Особенно мне нравятся косые мышцы и жесткая дорожка коротких волос, уходящая под резинку боксеров.
Тут же краснею и одергиваю себя. О чем я вообще думаю? Мой муж после аварии, он ослаблен, ему нужен уход…
Чтобы отвлечься, снова смотрю на пресс.