Мы с подругой спрыгиваем с подоконника, выбрасываем стаканчики и, одевшись, выходим на улицу. Весеннее солнечное тепло и при этом колючий холодный ветер пускают по же неприятный озноб. Накинув капюшон на голову, застегиваю молнию под горло и прячу руки в карманах. Арина, ежась, проделывает то же самое и бежит на парковку за вузом, где ее уже ждет такси.
У меня тоже есть возможность каждый день ездить на такси, но мне всегда не по себе, когда я трачу деньги, которые каждый месяц Станя переводит на мою карту, на всякую ерунду.
Поэтому пересекаю небольшую площадь перед зданием главного корпуса и ступаю на тротуар вдоль проезжей части. Иду на остановку общественного транспорта."
"Оборачиваюсь в надежде увидеть подъезжающий автобус с нужным номером маршрута и вдруг замечаю до боли знакомый черный Марк. Сильно вздрогнув, отвожу взгляд и ускоряю шаг.
От неожиданности внутри все обрывается, а мышцы пропускают через себя странную вибрацию. Сжимаю пальцами ремешок сумки до скрипа кожи.
— Варя, — слышу голос Лехи среди шума улицы.
Мое волнение усиливается, но в то же время я понимаю, что веду себя по-детски. Взрослые люди не бегают от проблем, а решают их в разговоре.
— Варя!
Он едет параллельно со мной вдоль тротуара, затрудняя движение других автомобилей и, свернув в карман для остановки общественного транспорта, останавливается, выходит из машины и стремительно ко мне приближается.
— Я не поеду с тобой! — выпаливаю, привлекая внимание прохожих.
— Разговор есть. Поехали.
— Какой?
Берет меня за локоть и ведет к Марку.
— Поехали. Не узнаешь, пока не сядешь в машину.
Едва успевая переставлять ноги, я быстро впитываю глазами весь его образ. На нем светло — серая расстегнутая олимпийка и такого же цвета трико. Пластыря на переносице уже нет, но глубокая ссадина еще заметна.
Вместе обходим капот, Леша открывает для меня дверь и ждет, когда я усядусь. Подпирающий сзади автобус оглушительно сигналит, но Денежко спокойно возвращается обратно и с невозмутимым видом занимает водительское кресло.
Я тихонько выдыхаю и скашиваю на него взгляд. В глубине души плещется постыдная радость от его настойчивости. Я сама ни за что на свете ему больше не позвонила бы.
— Что за разговор? — напоминаю, когда Леха вливается в довольно плотный автомобильный поток.
— Ты зачем меня везде в блок кинула?
Молчу, потому что становится не по себе. Со стороны это выглядит как поступок незрелого человека.