Чтобы все успеть, приходилось крутиться.
Сейчас же кабинет представлял собой что-то среднее между столовой и пунктом приема макулатуры. Возле компьютера красовались сразу две чашки. Грязные! Рядом открытая пачка печенья, россыпь конфет и вскрытая упаковка презервативов. Клубничных с пупырышками.
На тумбочке справа пизанской башней высилась стопка документов. Еще два дня назад ничего подобного здесь не было. Год и два года назад – тоже. Вывод напрашивался сам.
– Вы нашли мне замену?
Чтобы не рухнуть, я села на коробку с папками.
– Леночка, солнце мое, да какая ж эта замена? Это так… – Кузьмич махнул рукой. – До тебя ей далеко. Всему учить нужно. Все подсказывать.
Что именно подсказывать, по презервативам было ясно без слов.
– Вы насовсем ее приняли? Даже без передачи дел…
– Да тут все так закрутилось… быстро.
– Но у меня нет другой работы, – я подняла голову к боссу.
– Бог с тобой, девочка! Что ж я, чудовище какое? Да чтобы я маму с ребенком без денег оставил… На пособие…
Кузьмич засуетился. Из сейфа, в котором всегда лежали лишь печать и документы, появились бутылка коньяка и рюмка. Одна. Не глядя на меня, он хлопнул пятьдесят грамм. Потом заулыбался.
– Ты только не волнуйся. Я обо всем позаботился.
Если до этого я еще могла принять витиеватые фразы за попытку сохранить лицо, то сравнение с семьей не лезло ни в какие ворота. От злости даже расстройство отошло на второй план.
– И что вы мне предлагаете?
Кожа правой ладони загорелась. Никого никогда не била по щекам, но вчера будто во вкус вошла. Один удар по нахальной физиономии, и сегодня так и хотелось повторить.
– Работу, – тут же нашелся Кузьмич. – Хорошую. С зарплатой выше, чем у меня.
– Вы… Вы меня кому-то порекомендовали? – не верилось."
"– Да тут интересовался один. – Вместо того чтобы рассказать подробности, Кузьмич помог мне подняться. Распахнул дверь, намекая на выход. – И это… Не благодари!
После «не благодари» мне просто необходимо было остановиться. Послать бывшее начальство подальше.