Не брать жены из слабых лок, таких как Эл и Наввара. Эти заложники нам не нужны. Их воины нам не опасны. Не брать волхвичек из Ора, ибо мы не знаем какую силу они могут принести и не станет ли она разрушительной для царства трёхглавого змея. Не брать дочь ночи, иначе заложниками станем мы сами. Выбрать капитул даст тебе только одну жену, вторую тебе навяжут.
— Кого же тогда выбирать?
— Пусть Мер-Гур даст тебе знак.
Часть 1 — Путь ""Золотого семени""(эп. 44 Ракатанга)
Сёстры готовят подарки для наследниц северной земли.
В мире две самые дорогие специи — стручки рабанга и рыльца шафрана. Шафран принадлежит Гаяне. Рабанга растет только в кактусных садах Мер-Гура.
— Зачем это? — хватает пальцами алый стручок Бэнди.
С размаху бью его по кисти, стручок падает оратно.
— За что?!?
— Сколько раз тебе говорили не прикасаться к незнакомым предметам?
— Ядовитая? — сопит обижено, потирая руку.
— Нет. Но очень острая. Очень. Иди вымой пальцы с верблюжьим молоком. Потрешь ими глаза, будешь вопить до рссвета.
Убегает к прислуге.
— Зачем ты его щадишь? — смотрит на меня с осуждением Котиара. — Он уже взрослый. И должен отвечать за то, что делает. Пусть бы обжог глаза, язык или свой член, когда пошел бы помочиться. Пока ты будешь нянчиться с ним, он не станет осторожным. И, значит, не выживет. Разве тебе его не жалко?
Мне не хочется отвечать. Котиара всё говорит правильно. Но рабанга — это слишком еще для Бэнди. Он неженка. Через четыре года он должен будет пройти посвящение болью, чтобы стать мужчиной.
Вспоминая это событие в своей жизни, которое длилось несколько суток, я веду пальцем по шрамам на предплечьях. Там выжженные следы лап сколопендры и три вживленных в тело золотых кольца. И рабангу я тоже помню…
Бэнди возвращается обратно. Руки смазаны жирными сливками. Жирное молоко нейтрализует сок рабанги.
— Зачем дарить его северу? Чтобы они обожглись?
— Нет. Мы не желаем им зла до тех пор, пока они не заходят на наши земли, — отвечает ему Гая.
— А зоом? Зоом — тоже дар Мер-Гура.