Та-а-к, и что это всё значит? Соберись, Лиля, соберись! Точно, он пытается втереться мне в доверие! Умно, очень умно, и как же коварно! Может, и мне так попробовать? Он ведь не догадывается о моей осведомлённости и видит перед собой наивную и глупую жертву.
— Я рада, что никто не пострадал, — произнесла с придыханием, опуская взгляд.
Надеюсь, этот момент выглядит смущением, а не тем, чем является на самом деле: попыткой скрыть злой блеск в глазах.
— Я тоже, — Аргос поднялся, мне снова пришлось задрать голову, чтобы не терять его из вида.
И пока я пыталась понять причины резкого изменения настроения, он покинул комнату. Тень заскользила за ним будто с неохотой, всё поглядывала на меня, но ускорилась, когда в неё полетел второй сапог.
Я вскочила на ноги, заметалась по комнате, размышляя о последних событиях. Совершенно очевидно, что муж не испытывает к Лильен положительных чувств или даже влечения, никакой эмоциональной привязки, чтобы притушить свои кровожадные мотивы.
Что же делать мне? Защищаться как могу, само собой, и искать способ скрыться. Но поведение Аргоса показало, насколько глупо бегать от мужа. Он злится, будет действовать ещё агрессивнее, лучше притушить его ярость своим расположением.
Решено, буду душкой и милашкой!
— Госпожа, вам нужна помощь? — в дверь постучалась Анита.
— Да, вызови модистку!
А ещё буду красоткой!
Глава 2.4
— Спасибо, огромное спасибо, — прошелестела я, готовая расплакаться от счастья.
Патриархат хоть и в этом мире в своё время знатно проехался по жизням женщин, но теперь в стране царило равноправие, по крайней мере, на бумагах. Семейное право радовало: во-первых, развод действительно был разрешён, во-вторых, требование о нём могло исходить лишь от одного из супругов в случае различных нарушений прав одного из партнёров брачного союза. Вариантов представлялось достаточно, но самыми доказуемыми среди них были рукоприкладство, угроза жизни и измена.