Почему она такая? Ты ведь так не делаешь!
– Ты же моя девочка, – сочувственно проговорил я, притягивая ее в успокаивающие объятиях. – Твоя мать просто не понимает, как важно для тебя наше общение. И она думает о себе, а не о тебе, в отличие от меня. Но я здесь, и я никогда больше тебя не оставлю.
Маша доверчиво прижалась ко мне, и я почувствовал, как она расслабляется в моих руках. Победно улыбнулся. Теперь дочь была полностью на моей стороне. И вскоре я смогу разрушить все, что связывает ее с матерью.
– Не расстраивайся, – мягко продолжил.
Маша подняла на меня благодарный взгляд, в котором я видел, как она постепенно отдаляется от Лизы.
– Спасибо, папа, – с теплотой произнесла она. – Ты самый лучший.
Улыбнувшись, повел ее к витринам, сосредоточившись на продолжении нашей миссии. Маша доверилась мне. Вот теперь ты, Лиза, побегай за мной. Тем более, что на дочь я имел все юридические права.
Глава 26
Лиза
На часах было половина десятого вечера. Сидела на диване, сжав виски пальцами, ощущая, как мысли разрывают мою голову на тысячи кусочков. Машенька, моя маленькая и доверчивая девочка, находилась сейчас далеко от меня, а я, горе-мать, даже не представляла, где конкретно. Наверняка Демьян решил использовать нашу дочь как орудие мести против меня. Пудрил ей мозги, манипулируя ею. И от этого осознания мне было невыносимо.
Я и так еще не отошла от нашей с ним последней встречи, а здесь последовал новый удар.
"И ведь знала же, что в примирении блудного отца и нашей драгоценного дочери не было ни капли искренности со стороны бывшего. Демьян регулярно демонстрировал полное безразличие к Маше. Он никогда не был заинтересован в общении с ней, никогда не спрашивал о ней, никогда не присутствовал на важных событиях ее жизни.
И теперь, когда бывший вдруг решил использовать ее как орудие мести, я понимала, что это было не более чем проявление его истинной природы.
И, что самое ужасное, у него это получилось.
Горечь и злость переполняли мое сердце. Как он может быть таким жестоким и бездушным? Даже не хотелось представлять, что он наплел ей. Во время звонка Маша так грубо со мной говорила, с таким восторгом рассказывала про новый телефон, что мне стало отвратительно. Но я испытывала омерзение не к дочери, она просто слишком мала и бесхитростна, чтобы разглядеть какое чудовище ее отец.