* * *Окончательно убедилась я в том, что Кир отлично ладит с детьми, сразу после премьеры.
Почти четыре месяца занятий не прошли даром: на сцене дети произносили реплики, играя мимикой, интонационно верно, чётко и громко. Воспитанники пели и танцевали — пригодился мой опыт, полученный в музыкальной школе, хореографической студии, да и в целом в вузе.
Маленькие актёры очень старались и за это заслуженно принимали похвалу зрителей, купаясь в их любви и обожании.
Я тоже была счастлива, ибо это мой первый опыт как режиссёра, постановщика танцев и хормейстера.
Вдруг подумалось: как же я буду расставаться со своими маленькими актёрами? Ведь приблизительно через месяц мне предстоит покинуть коллектив, который стал более значимым, чем просто работа, за которую платят деньги.
Я ещё не ставила в известность начальство — ждала сначала звонок из театра, подтверждающий намерения худрука видеть меня на большой сцене. Да что там начальство, родные ничего не знали.
Дети смывали грим, переодевались. Я нашла взглядом Стёпу, который носился из одного кабинета в другой, надев шляпу разбойника. Подлетев ко мне, крикнул, кружась на ноге:
— Лер Санна, можно я следующий раз буду разбойником, вон у меня как хорошо получается? — Мальчик состроил зловещее выражение лица.
— Стёпа, свою роль ты учил почти четыре месяца, эта тоже непростая, подготовиться не успеем. Кстати, а твоя подружка была на спектакле?
— Да, ей очень понравилась сказка.
— Почему бы тебе не познакомить нас? — улыбнулась я, снимая с него разбойничью шляпу с торчащим пером.
— Ура! — взвизгнул малыш.
Он с гиканьем побежал в фойе и вскоре зашёл в кабинет с милой голубоглазой девочкой. Она скромно жалась к другу, видимо, стеснялась.
— Вот, это Оля, — он повернулся к подружке: — Не бойся, Лера Алексанна хорошая, добрая.
Общаясь с девочкой, я узнала, что она тоже, как и Стёпа, осталась без родных, когда из-за пожара в торговом центре трагически и страшно погибла мать, а вскоре поочередно умерли бабушка с дедушкой.