Может, тебе к мозгоправу?
— Ты какого хрена тут делаешь?
Выныриваю из темноты и хватаю Юру за ворот его бархатного синего халата:
— Ты…
— Я вызову полицию! — визжит на лестнице жена Юры, щуплая низенькая женщина. — Почему его пропустила охрана?
— Он же юрист, дорогая, — Юра кривится, — а эти черти уговорят и привратника пропустит их в Райские Сады.
— Ты…
— Ты брызжешь слюнями мне в лицо, Матвей!
Разжимаю пальцы и медленно отступаю:
— Что я тут делаю?
— Хороший, мать твою, вопрос! — Юра раздраженно оправляет халат и окидывает меня взглядом.
— Нет… — медленно моргаю.
— Так я тебе и поверил.
— Я… меня не должно быть тут…
— Согласен, Матвеюшка. А еще ты весь в крови, — мягко сжимает меня за плечи толстыми пальцами и разворачивает к зеркалу.
Рубашка в бурых разводах, ладони в засохших пятнах крови.
— Кого порешил? — ласково спрашивает Юра, и его толстое круглое лицо растягивается в улыбку.
В голове пусто.
— Матвей…
— Возможно, подругу жены, — сипло отвечаю я. — Я к ней ехал.
— Да? — шепчет Юра, совершенно не удивленный моими словами. — Ты ведь знаешь мои принципы, что какими бы бабы стервами ни были, их нельзя трогать? Даже если очень хочется.
Закрываю глаза, пытаясь вырвать из темноты осколки воспоминаний. Визг. Нечеловеческий визг, полный боли и ужаса.
— Полицию вызывать? — испуганно шепчет жена Юры.
— Погоди, успеем.
— Я ее убил.
Юра усаживает меня на софу, подхватывает что-то с моей рубашки у ворота."
"— Я все-таки за то, чтобы вызвать полицию, — сипит жена Юры.
— Тихо, женщина, — фыркает он в ответ.
— Да он на тебя кинулся!
— Да я бы его заломал, — Юра что-то разглядывает в своих пальцах. — А можно спросить, за что ты подругу жены порешил? Ты прости мое любопытство, но ты ко мне в дом ворвался, и я имею право знать, что толкнуло высококлассного юриста на мокруху.
У меня голова кружится, и я будто в кошмаре. В вялотекущем кошмаре.
— Матвей.
— Я с ней…. — в голову будто вбивают ржавый гвоздь.
— Ну? Не томи.
— Я и она… — головная боль усиливается, распирает и пульсирует.
— Ты что-нибудь понял из его мычания?
— Да, — флегматично отвечает Юра. — История стара, как мир, моя дорогая. Он отжахал подругу жены, жена узнала, расвирепела, а он…
— Ее убил, — поднимаю взгляд.
— Господи, — сипит жена Юры и оседает на ступени.
— А чем ты ее порешил?
— Не знаю.
— А ты подумай.
— Выпотрошил ножом? — неуверенно спрашиваю я. — План был такой.