Вот какие, значит, у него темы для разговора с любовницей: нажаловаться на меня, пройтись по моей внешности и высмеять!
И ведь Игорь даже не задумывается над ответами Полины, как и не прислушивается к тону её голоса, чтобы понять, что она готова во всём ему поддержать, на всё ответить да и согласиться с каждым его словом, лишь бы он подумал, что она разделяет его мнение.
Родственные души, блин!
Тридцатипятилетний мужик жалуется на жену, мечтая через жалость забраться в трусы своей любовницы, а девушка, которой ещё далеко до тридцати, жалеет его и восхваляет его терпение, лишь бы не разозлить мужчину, который её спонсирует.
Они прямо достойны друг друга! Оба лицемеры! Что Игорь, хоть и охладел ко мне, продолжает ложиться со мной в одну кровать, ни словом не заикнувшись, что он меня чуть ли не презирает. Что Полина, думающая только о его деньгах, при этом с деланным обожанием чуть ли не заглядывая ему в рот.
«Я с ней из жалости. Сама понимаешь, что как настоящий мужчина я не могу взять и бросить Таню, особенно когда у неё нет работы и она сидит с ребёнком», — всплыли в памяти болезненные слова мужа.
Вот только Игорю, как оказалось, далеко до настоящего мужчины.
Нервно улыбнувшись, ненадолго закрыв глаза, пытаясь справиться с головокружением, я сжала руки в кулаки, впившись ногтями в кожу, надеясь этой болью заглушить душевную. Но не помогло.
Агония внутри только разрасталась, высасывая из меня все силы, которых и так было мало.
Я понимала, что мне ни в коем случае нельзя давать слабину, надо собраться, прийти в себя, думать, что делать дальше, как-то бороться за своё счастье, но не за Игоря, а за новую жизнь, и пыталась хоть как-то себя встряхнуть, напоминая о Диме.
Нет, я не хочу, чтобы у моего сына был подобный образец для подражания, неверный, лживый, двуличный, которому в радость провести время с любовницей, чем со своим ребёнком.
От Игоря я только и слышу, что «я занят», «я устал», «с младенцами должна нянчиться мать», «я боюсь его трогать, он же такой маленький» и всё прочее в этом же духе.
Зато Игорь любит при друзьях и родне хвастаться, что у него наконец-то родился сын.
Сын, которого он и на руки почти не брал.
А я, дура, всё надеялась и жаждала чуда, ждала помощи и заботы, даже не догадываясь, что мысли моего мужа заняты другой девушкой.