- Не знаю, я пропустила вызов. У нее все в порядке? – оглядываюсь на хмурого Мэта. Напрягаюсь вместе с ним. – Что-то случилось?
- Мама в больнице, но за ней есть кому присмотреть. Она себе сиделку наняла. Мы ей больше ничего не должны, - жестко отрезает. – Не перезванивай. Я сказал ей, чтобы не трогала тебя. И вообще, нас…
- Поссорились? – морщусь виновато. Привыкла, что я обычно становлюсь их камнем преткновения.
- Ксю, время, - постукивает по циферблату часов. – Поехали.
Намекает, что тема закрыта. Как обычно, не посвящает меня в подробности.
Спустя час мы сидим в неуютном кабинете на твердой кушетке. От приглушенного, тусклого света щиплют глаза. В помещении воняет чем-то побочным, отчего меня начинает подташнивать. А женщина средних лет, милый божий одуванчик, со сладкой улыбкой протягивает нам какие-то листки:
- Я вам буду показывать картинки, а вы будете говорить о своих первых ассоциациях.
Нехотя фокусирую взгляд на очертаниях, наклоняю голову - и резко округляю глаза. Толкаю в бок скучающего рядом Мэта, который, кажется, тоже не верит в успешность терапии. Передаю ему карточку, улавливаю недоуменный смешок, переходящий в надрывный кашель, беру следующую.
- М, - мычу, не размыкая губ, пока дама-одуванчик ждет ответа.
То ли я стала слишком озабоченной из-за гормонов, то ли это какой-то неправильный психолог.
*** Муз. Трек Елена Темникова «Наверно»
Глава 20
Матвей
В кабинете царит эротичный полумрак, воздух наполнен дымом ароматических свечей, в отдалении чуть слышно разливается слабая мелодия, будто мы пришли не к психологу, а на свидание. Ксюша послушно сидит рядом, сложив ладони на коленях, и слегка прижимается ко мне плечом. От нее пахнет пионами, с которыми она не расставалась на протяжении всего пути, и особым сладким ароматом ее тела. От духов она почему-то отказалась, но так даже лучше.
Обстановка совершенно не располагает к беседе. Наоборот, слова лишние.
Делаю глубокий вдох, закашливаюсь и напряженно смотрю на женщину-психолога напротив, у которой на бейдже выведено: «Алпатова Л.П.». Она что-то вещает и показывает, как старый телевизор без звука. Не вникаю. Начинаю жалеть, что повелся на авантюру Кости.
Боковым зрением слежу за взволнованной Ксюшей.