Мы друг другу не нужны не только как друзья, но и как брат с сестрой.
– Приезжай, – настаивает он.
– Почему?
– На то есть причины, о которых я не могу тебе сказать, Рустам, – строго отвечает.
– Назар!"
"– Рустам, делай, как я говорю! Будь вообще благодарен, что я тебе позвонил и сказал, потому что и Алиса, и Карим просили меня никому ничего не говорить.
– Я подумаю!
– Думай лучше, – произносит и отключает звонок.
Опускаю смартфон на стол и задумчиво вздыхаю, привлекая внимание своей помощницы. Девушка из последних сил пытается вникнуть в суть содержания документов, но желание спать явно побеждает.
Зевает и вечно трёт глаза, как и я.
– Что-то случилось? – спрашивает меня Настя, лаская своим нежным голосом. Вгрызается в кончик карандаша, нервно ожидая ответа. – Это же был Назар? – отводит глаза в сторону, якобы посмотреть на часы.
– Сестра прилетает, – рассказываю ей, разминая лист в руке. – Он сейчас во Франции у неё.
– А-а-а, – тянет. – А они встречаются? Ну, отношения между ними? Да?
– Отношения?.
Алиса и Назар? Ну, ей всегда нравились постарше мужчины. А Назар спокойный, рассудительный и может приручить её взбалмошный характер.
Блин!
А что, если, и правда, встречаются?
– Ясно, – в тон мне отвечает Настя и встаёт со своего кресла. Идёт к окну. – Мои родители приглашают нас в пятницу по воскресенье к ним на дачу. Шашлыки пожарить и…
– Когда ты скажешь им, что мы не встречаемся? – спрашиваю её, прерывая девушку.
– Не сейчас, Рустам, – оборачивается ко мне, сев на подоконник. – Пока они думают, что я с тобой, то не трогают мои мозги и дают хоть какую-нибудь свободу. Знаешь, как они меня душили до того, как я к тебе устроилась? А так для них я твоя девушка и будущая жена. Им спокойствие и мне спокойствие. Тебе ведь несложно, Рустам? Пару раз в неделю выкладывать фотки со мной и сердечки на сториз клеить?
– Несложно, – встаю и подхожу к ней, напоминая, что у нас фальшиво-настоящие отношения.
– Да, спим. Для здоровья, – хмыкает расстроенно, медленно обхватывая меня и обнимая. Прижимается доверчиво и наивно смотрит в мои глаза. – Им моего диагноза не понять. Никому не понять. Если скажу, то для них я блудницей грешной стану. Не хочу! Так что, поедем к ним?
– Извини, – приподнимаю её лицо за подбородок, не давая опустить голову.