Иллюзия греха

Даже если какой-то червячок сомнения и будет ее точить, то велика вероятность, что многолетняя усталость, безысходность и постоянное безденежье быстро заставят этого надоедливого червячка умолкнуть надолго, если не навсегда.

Есть и другой аспект. Вполне возможно, телеграмма была рассчитана не только на Иру Терехину, но и на ее похищенную сестру. Это вполне укладывалось в один ряд с тем фактом, что само похищение было организовано очень аккуратно, без грубого насилия на глазах у семнадцатилетней девушки. Эта бережность по отношению к Наташе сразу бросилась в глаза и Насте, и Короткову.

А теперь они снова хотят Наташу успокоить, то есть дать ей возможность известить сестру о том, что все в порядке и не нужно волноваться. В этом случае телеграмма, вернее, ее оригинал, наверняка написаны рукой самой Наташи. Зачем обещать девушке, дескать, мы обязательно пошлем телеграмму твоей сестре в Москву, когда можно дать ей возможность написать текст собственноручно. И убить тем самым сразу двух зайцев: Наташу успокоить и, случись дотошным сыскарям затеять проверку, дать им лишнее доказательство того, что девушку искать не надо, ведь она сама своей рукой написала, что у нее все в порядке. А что адрес дала неправильный, так это же понятно. Она ведь не хочет, чтобы сестра явилась и забрала ее из дома, где Наташа живет вместе с возлюбленным.

Так что с экспертизой можно особо не спешить, все равно наверняка окажется, что телеграмма действительно написана Наташей Терехиной. Единственное, что в этой ситуации имеет смысл сделать, так это попытаться установить, кто ее принес на почту в Мурманске.

Крайне маловероятно, что это была сама Наташа. Вряд ли похититель рискнул бы вывозить ее из дома и привозить на почту, все-таки девушка в инвалидной коляске это очень заметно и запоминается. Тем более такая красивая девушка. Мимо нее невозможно пройти, не обратив внимания. Скорее всего это был кто-то другой. Но перед служащими почты проходит в день столько народу... Эх, Мишу Доценко туда запустить бы!

ГЛАВА 15

После ужина Мирон спустился вниз и вышел в лес, окружающий здание со всех сторон.

"

"— Где Василий Игнатьевич? — спросил он у стоящего на крыльце охранника.

Тот не снизошел до ответа, только внимательно посмотрел на Мирона.

— Передай ему, что мне нужно с ним поговорить. Я погуляю здесь.

Он неторопливо двинулся вокруг дома. Огороженная территория была на самом деле не так уж велика, бетонный забор виден с любого места. И всюду на глаза попадаются молчаливые охранники.