А я, Риш? Как я могу на это забить, а главное, забить?! А Лександрыч?
Ему ты что скажешь? Или ты... нет-нет-нет! Ришка, ты не можешь этого сделать!
Ты не посмеешь его бросить! Не теперь, когда у вас всё только устаканилось! Да ты же жить без него не можешь!!
- Да, не могу! - голос девушки прозвучал неожиданно громко и зло, она даже приподнялась на кровати, прижимая одеяло к груди. - А что ты мне предлагаешь, Лёш? Что?! Что я должна сделать?!
- Как минимум, он должен знать! - парень сам не заметил, как тоже начал повышать голос.
- Ты знаешь его характер, - невесело усмехнулась Риша, садясь и обнимая себя за плечи. - Ты знаешь, на что он способен, когда зол! Я не смогу его остановить, ты не сможешь... да не сможет вся банда вместе с Харлеем! И что будет в итоге? Он пострадает и всё из-за меня!
- Позволь ему самому решать! - не сдержавшись, Шут саданул кулаком по стене. С зажатой меду пальцев сигареты на пол свалился уголек, оставив ожег на коже, но брюнет этого даже не заметил. - Он не маленький мальчик, в конце-то концов!
- Да! - девушка уже не кричала - она просто дрожала, низко опустив голову, роняя крупные капли слез на колени.
Твою ж! - коротко ругнулся Лёшка, взъерошив пятерней собственные волосы.
Да что ж там за хрен-то такой, что Ришка просто уверена в его силе и, млять, могуществе?! Точно уж не владелец «Андромеды» - тот хоть богат и при связях, да только Мих его с пол пинка заткнет раз и навсегда!
И если ситуация действительно настолько хреновая, то что же теперь делать?!
Звонок мобильника прозвучал некстати.
Ругнувшись, Алексей достал из кармана телефон... и Арина, подавшись вперед, ухватила его за запястье, отчаянно мотая головой:
- Не надо, Лёш... Пожалуйста, не надо!
Вырвав свою руку, злой Лёшка все-таки принял вызов:
-Да?
- Нашел? - естественно, в трубке послышался взволнованный голос владельца «Максимуса».
"- Нашел, - хмыкнул брюнет совсем невесело. Его соседка, услышав такие слова, низко-низко опустила голову, беззвучно всхлипывая, обнимая себя за плечи... И Шут, мысленно сматерившись, не выдержал. Оперевшись спиной на стену, он постарался откликнуться ворчливым и недовольным тоном, хотя с языка рвался один мат и сарказм. - А скажи ка мне, Лександрыч...