– Попробуешь что-нибудь написать? «А» например?
Алексей пытается нажать на дисплей, но клавиатура слишком мелкая, и у него не получается попасть на нужную кнопку. После нескольких безуспешных попыток он отворачивается в окно. Расстраивается, хоть и старается не показывать этого, скрывая эмоции за холодным непроницаемым выражением.
– Не переживай! Завтра мы попробуем на планшете. Там и клавиатура больше, и экран не будет так гаснуть, – решаю приободрить, но Алексей не реагирует. Опять.
Он напряжён. Может и хорошо, что он пока не может говорить, а-то послал бы меня куда подальше со всеми этими буквами!
Глава 6
Алексей
Помню в детстве, мне до одури хотелось самому прокатиться на мотоцикле.
Тут будет реклама 1
Это было какое-то одержимое, необъяснимое желание. Но тётя Ира категорически запрещала нам с Сашкой подходить к гаражу. Я видел, как Сашка тайком от родителей стягивает ключи, и когда тёти Иры и дяди Антона нет дома, катается. Двоюродный брат остался в моей памяти беззаботным, весёлым и самым классным. Между нами всего год разницы, но он никогда не показывал своего превосходства, и у меня не возникало даже мысли его «сдать».
Тут будет реклама 2
Уже потом, когда он разбился, я долго думал, как бы всё сложилось, если бы я рассказал тёте Ире про мотоцикл?"
"Дядя Антон после похорон единственного сына спился. Тётя Ира плакала, пыталась его вразумить, но всё было бесполезно. «Сгорел от горя» – так говорили бабушки на его похоронах, но тётя Ира говорила, что её муж сгорел от водки.
Мне было тогда четырнадцать. Я – это всё, что держало тётю Иру на этом свете – говорила она.
Тут будет реклама 3
Тогда я не понимал, что это значит. Родителей своих я не помнил, а тётя Ира никогда про них много не рассказывала. Мой отец, по словам тёти Иры, тот ещё кобелина, так и не узнал о моём рождении, а мама, пытаясь устроить в который раз свою личную жизнь, разбилась на машине с очередным любовником, оставив меня своей старшей сестре.
Тёти Иры не стало, когда мне исполнилось двадцать. Я учился на втором курсе политехнического университета, жил в общежитии и уже подрабатывал.
Тут будет реклама 4
Она позвонила и попросила приехать домой на выходные. Я смог приехать только утром. Тётя Ира сидела за столом, опустив голову на руки, и казалось, что она просто спит. Но она не дышала. В её руках была фотография молодого мужчины, которую раньше я никогда не видел. Кто это, я так и не узнал. Потому что узнавать было не у кого.
Большой дом, ставший давно пустым, был продан. Я перебрался в город, купил эту квартиру, а вскоре завёл Вальтера.
