Провожать долго не получится: гады-строители сделали остановку очень близко к театру и обломали Роману всю малину!
Дошли до остановки, остановились на перроне. Я мысленно молила Бога Трамваев прислать уже вагон побыстрее. Роман наблюдал за мной и задавал ничего не значащие вопросы: как дела, что делали сегодня и так далее. Отвечала в пол-слова. Не особо хотелось с ним общаться — неужели непонятно?
Наконец-то, скрипящая карета подъехала. Двери открылись, и я с облегчением запрыгнула в трамвай. Потом с удивлением заметила, что Воронцов сделал тоже самое! Ещё и уселся рядом.
— Ты решил покататься со мной в трамвае?
— Ну да, а что? Где-то запрещено твоей конституцией мне ездить рядом в общественном транспорте?
— Нет, но твоё пребывание в старом вагоне более чем эпично выглядит."
"Это было так. Роман одет презентабельно. В пиджаке, видно, что дорогом, на руках кричащие часы, а в руках вертел ключи от машины далеко не класса эконом. Что бы такому человеку вдруг делать в трамвае?
— А деньги у тебя есть на проезд?
— У меня только безнал.
Я ухмыльнулась, предвкушая, как сейчас кондукторша, стандартная тётка метр на метр, выгонит отсюда зайца без денег — до нашего трамвая прогресс пока ещё не доковылял, и карту тут можно было вставить разве что кондуктору в… Короче, не принимали тут карты.
И вот, эта мечта Рубенса, подошла к нам… Дала ей свои монетки, она с важным видом пересчитала, швырнула деньги в сумку, отрываала билет и всунула его мне в руки.
— Молодой человек, проезд оплачивайте.
— Карты к оплате принимаете?
— Ты чё — видишь у меня в руках банкомат? — спросила тётка, и я еле сдержалась, чтобы не засмеяться.
— Можно так проехать? Я проездной забыл дома.
— Это что ещё за шуточки? Как не стыдно?! Такой с виду приличный. На Ифоны ваши деньги есть, а за проезд заплатить двадцать рублей, нет?
Это просто бинго! Тётка ещё и ворчунья попалась.
— Выходим тогда на остановочке, — сказала ему сумчатая. — А то милицию позову.
— Полицию, — машинально поправлил её Роман. Говорю же — зануда.
У меня уже, глядя на надувающее лицо кондуктора, истерика смеха началась.
— Поучи тут ещё меня! Что за молодёжь пошла невоспитанная!
Тётка ещё что–то причитала, но мне за смехом неслышно было.