— Есть что-то еще хуже? — Невесело усмехнувшись, поинтересовался Ван, который не видел в сложившейся, в основном по его вине, ситуации совершенно ничего забавного.
— То, что она, кажется, не против иметь их в своем окружении. И сдается мне, я бы сказал куда больше, если бы помнил предпоследние сутки из своей жизни.
Ван скривился.
— Не смогу восстановить, удалил на совесть.
— Ну ты и… — Тэй не стал ругаться нецензурно. На лбу Вана и так большими буквами было написано, что он и сам понимает, насколько он «и…».
— И еще мы не знаем, что за существо, обладающее магией воды присутствовало тут ночью.
— И, похоже, мы, не смотря на все свои достижения, еще многого не знаем о пространственной магии. Перенестись в одиночку, используя только образ, это насколько сильным надо быть? — Повернулся к Тэю Ван.
— Или сильным. Или просто знать больше, чем доступно нам… — В тон Вану пробормотал Тэй.
Глава 26
Утром Нила так и не вспомнила, что ей снилось. Кажется, кто-то из рабов. Но сон оставил после себя приятное послевкусие и принес успокоение. Отступили взвинченность и острая душевная боль. Она стала размытой, глухой и немного злой.
Нила даже не пыталась искать более глубокие причины, вызвавшие такие перемены в ее душевном состоянии. Ведь все вполне объяснялось приездом Миая и Дельфины, и их совместной ночной попойкой. Остаточная горчинка осталась от ухода Майта, но и тут все складывалось как нельзя лучше.
Сейчас она, взбодренная порцией зелья от похмелья. чего только не успели наварить вместе с Ваном. прочь из головы, ма. и мальчишкой не назовешь.
Нила со злостью пнула камешек.
Понимая, что начинает опять заводиться и сыпать вокруг фиолетовыми искрами, Нила перевела взгляд на Миая. Так вовремя пришедший, пусть и по велению ""свыше"", он оказался той звездочкой, что не дала сорваться и сойти с ума.