— С вами терпения уже ни на что не хватает… — Почти простонала целительница, чувствуя, как Миай, устроившись более удобно между ее ног, стал покрывать поцелуями внутреннюю часть бедер, приближаясь к тому самому месту, к которому он так стремился еще совсем недавно.
На фоне огромных, массивных оборотней, девушка казалась совсем маленькой и хрупкой. Оба мужчины осознавали свое физическое превосходство и, опасаясь причинить боль и доставить неприятные ощущения, действовали, хоть и напористо, но бережно.
— Наверное, мы слишком долго ждали, чтобы завершить процесс на раз-два-три.
Оба мужчины контролировали каждое ее движение, не давая получить больше, чем они считали нужным."
"Констант то углублял поцелуй, то практически прекращал его, едва соприкасаясь губами и не шевелясь или смеящаясь трепетными, едва ощутимыми поцелуями на щеки, подбородок, уши и шею.
Миай действовал аналогично, то доводя девушку до сумасшествия, то едва касаясь языком, губами и пальцами. Практически не создавая давления на чувствительные места, но именно эти едва ощутимые ласки заставляли кипеть кровь и казались на фоне предыдущего терзания особо чувствительными.
Не давая Ниле разрядку, мужчины все вели и вели свою незамысловатую игру, качая девушку на чувственных качелях и качаясь вместе с ней.
— Миай, Конст, пожалуйста… — Практически не ощущая уже ничего, кроме всепоглощающего желания, взмолилась девушка, когда мужчины в очередной раз смягчили напор.
Но оборотни никак не отреагировали на мольбу, продолжая свою медленную и мучительную месть.
Промелькнул магический разряд.
Резкий взмах девичьей руки.
Второй раз за эту ночь взвились черные плети.
И Варри, что не имел магической силы, и Миай, не успевший среагировать и поставить защиту, оказались лежащими на кровати навзничь и привязанными к ней, по обе стороны от Нилы.
Девушка, потянувшись, удобно устроилась у ног мужчин, подогнув колени и усевшись на свои пятки.
Вид у нее при этом оказался совершенно мистическим. Горящие зеленым глаза стали еще ярче, а магические искры по растрепанным волосам так и бегали.
Еще один взмах рукой и вся одежда исчезла, как с самой Нилы, так и с обездвиженных мужчин, рухнув смешанной грудой на пол у кровати.