Не смотря на свободные взгляды, для повседневной носки женщины и девушки все-таки выбирали платья и длинные юбки.
— Да и внешность у обеих приметная, а меня так вообще почти каждая собака знает. — Добавила Марика и направилась вдоль небольшого забора, за которым свернула налево. Как оказалось, до здания, что когда-то было пекарней, а теперь на этом месте открылась сыроварня, всего надо было и пройти метров пятьсот — семьсот. Девушки крались вдоль заборов, пригибаясь, кое-где пробираясь по деревьям, когда злые цепные псы, выпущенные на ночь для охраны, не давали свободно перебраться через чей-то двор, срезая путь.
Когда они все-таки добрались до темного, заваленного разным нужным и ненужным хламом двора, обе выглядели взмыленными и злыми.
— Ну, и где этот ход? — Прошипела Дельфина, выдергивая из волос какой-то репей.
— В колодце. Не бойся, — хмыкнула она в ответ на пораженный выдох Дельфины. — Им никто и не пользовался никогда. Мы совершенно случайно на него наткнулись в детстве. И никому ничего не сказали.
Девушки двигались к «колодцу», тщательно избегая светлых пятен, бросаемых, на уже успевшую прогреться землю, луной.
— Не вижу никакого колодца. — Прошипела Дельфина в спину впереди идущей Марики. Та в ответ легко и едва слышно рассмеялась:
— Конечно не видишь, это не колодец в общепринятом смысле. Видишь, вон там, у дальнего забора декоративная вставка? И валун огромный рядом, как часть композиции? Вот под ним и расположен колодец.
Девушки уже почти подошли к тому самому валуну, когда Дельфина, по-привычке, перешла на магическое зрение.
— Стой! — Она ухватила Марику за плечо. — Не двигайся! Тут охранки.
— Ты шутишь? — Шатенка обернулась к возбужденной Дельфине.
— Да какие уж тут шутки. Несколько простеньких вокруг и одна под самим камнем, видимо, вход перекрывает. И… Клянусь Суйхом, не знаю я, что это такое… Совсем незнакомое плетение. Нам даже на военных боевках такого не дают.
И только тут обе девушки, которые считали себя в полной безопасности, услышали мягкие шаги нескольких существ. И, судя по месту расположения источников звука, — их окружали.
Буквально на секунду, не имея должного опыта, девушки растерялись, прислушиваясь к едва слышимым, даже для оборотнического уха, шагам. Первой в себя пришла, прошедшая полевую подготовку, Дельфина.