— Марика еще не скоро придет в себя, — напропалую врал Ван, даже не зная, в каком состоянии сейчас находится девушка. — Поэтому вопрос я буду решать с тобой, как с человеком, что отвечает за нее. Это ведь ты ее привела сюда?
Ване не спрашивал, а скорее утверждал.
Дельфина нахмурилась, почувствовав себя неловко. Этот красавчик уже не казался ей таким очаровательным. За симпатичным фасадом скрывался настоящий Суйх. Умный, хитрый и коварный.
И это порождение мрака сейчас читало ее, Дельфину, как открытую книгу, пытаясь надавить на совесть и чувство вины.
— Я. — Не стала юлить Дельфина.
— Получается, — неторопливо ядовитой патокой тянул свою речь Ван, — что, если бы не ты, то в такой ситуации не оказались бы ни Марика, ни Дор, мой подчиненный.
— Все может быть. Кто же знает, что случилось бы, не соберись мы в одном месте. Ваши люди могли вполне схлестнутся и со стражей. А мы с Марикой попасться в руки грабителям.
— Но все-таки вы поступили именно так, как поступили и последствия остаются теми, что мы имеем на данный момент.
Дельфина сузила глаза снова, разглядывая сильфа. Она уже осознала, что Вану что-то от нее нужно. И как бы она не юлила, он все равно станет добиваться своего. Сейчас он еще стелил мягко и стоило ли заставлять его использовать другие рычаги давления? Девушка от досады чуть не застонала. Своим поступком она сама себя загнала в ловушку.
— Предположим. — Все же не стала отвечать ни «да», ни «нет».
— Хорошо. — Словно поставил точку Ван.
Стоявший до этого неподвижно и тихо, сильф со свистом втянул в себя воздух и выпрямился еще больше.
Девушка же пораженно смотрела на Вана. Теперь он ей казался совершенно отвратительным и что красивого она раньше в нем находила?
— Но разве приговор выносит не суд? — Припомнила Дельфина разговор в подвале.
— Здесь суд — я. — Веско сообщил Ван и поднялся. — Пойдем.
— К-куда? — Впервые за весь разговор действительно растерялась девушка.
— Ты будешь свидетелем того, что обидевший Марику мужчина действительно наказан. Чтобы с ее стороны не было потом претензий.
— Но она не будет предъявлять какие-либо требования и уже тем более не пожелает кого-то наказывать! Давайте дождемся, когда она придет в себя! — Дельфина чувствовала, что ситуация начинает ее душить. Сначала Ткахт со своим истинно бараньим «я сказал!», теперь этот змей.