Поэтому он мягко улыбнулся, осторожно притянул девушку к себе и властно, как будто он имел на ту, что лежала сейчас в его объятиях, некие неоспоримые права, поцеловал. А затем ответил:
– Руигат…
Глава 6
– Ты слышал? Через два дня Пламенная представляет Киоле шестой вариант постановки Избранных, – произнесла Ители, входя в комнату и падая на подушки, в живописном беспорядке разбросанные по полу.
Ямамото оторвался от стационарного домашнего «окна», за которым проводил большую часть времени, когда бывал дома, и повернулся к ней:
– Вот как? Надо слетать посмотреть.
Конечно, голоэкраны дают достаточно сильный эффект присутствия, но постановки, подобные тем, что готовили Избранные под руководством Пламенной, изначально были рассчитаны на то, что их станут смотреть не на голоэкранах, а в зале. Они воздействовали не на два органа чувств – зрение и слух, и даже не на три, а на все четыре или даже пять, поскольку утверждалось, что многие воздушные потоки, как и практически все цветные дымы, задействованные в представлении, имеют не только цвет и запах, но еще и обладают вкусом, и способны влиять на тактильные ощущения.
– Бесполезно, – махнула рукой Ители. – Я узнавала – все места заказаны еще двадцать дней назад.
Адмирал понимающе кивнул. Еще бы, в обществе таких-то любителей развлечений, какими были киольцы, просто глупо было рассчитывать на что-то иное. Но не всегда то, что объявлено, является таковым на самом деле.
– Ну, возможно, я смогу что-нибудь сделать, – пробормотал он, снова разворачиваясь к «окну».
Ители потянулась и, встав с подушек, подошла к нему обняла сзади за шею.
– Да, дорогой, ты стал гораздо лучшим поисковиком, чем я. Не понимаю, почему ты не хочешь принять участие в испытании. Я думаю, ты сразу смог бы сдать экзамен на первый уровень… а на второй – уж абсолютно точно. А это заметно подняло бы долю Общественной благодарности, которую ты получал бы за консультации в Сети и за эту твою странную работу у Цветного, которая отнимает у тебя столько времени.
Адмирал лишь привычно улыбнулся в ответ. Ители тоже улыбнулась и, на мгновение прижавшись к его коротко стриженной макушке щекой, выпрямилась и отправилась на кухню."
"Он снова никак не ответил на высказанное ею предложение, но это ее уже давно не обижало. Он просто такой… какой есть. И его не переделать.